Книга Писательница на полставки, страница 83 – Катя Рут

Эти слова, сказанные с легким акцентом на «я», не могли не оставить в ее душе странное ощущение. Она не могла не заметить, как сильно его манера говорить, его внимание, почти невидимо для всех, но так очевидно для нее, становились частью его контроля.

Саша почувствовала, как ситуация начинает усложняться. Все больше и больше, невидимые нити между ней и Даниилом натягивались, становясь туже. И хотя она не понимала, как именно, но она ощущала его присутствие, даже когда он был не рядом. Все это становилось все более ясным, и она понимала, что его поведение переходило границы того, что она могла бы назвать "нормальным". Он контролировал не ее действия, но каждое ее слово, каждый ее взгляд.

Максим же, со своей стороны, продолжал свое общение с Сашей, уже не скрывая своей заинтересованности. Его разговоры становились все более личными, и она не могла не замечать, как он начал заигрывать с ней. Вопросы о книгах, о ее жизни, интересы, которые раньше он выражал как коллега, теперь казались по-настоящему значимыми для него. И это не могло не задеть Даниила.

— Не забывай, что ты здесь не одна, — сказал Даниил, как-то слишком громко, когда Саша сидела в переговорной с Максимом. Он вошел в комнату и не сразу обратил внимание на то, что между ними что-то изменилось, но его слова звучали как предупреждение. — Мы все команда.

Его голос был ровным, но не без тяжести, и Саша поняла, что между ними уже не осталось той легкости, которая была раньше.

Отношения с Максимом не стали развиваться, хотя его дружеское внимание и интерес к Саше не прошли незамеченными. Саша не могла не замечать, что его слова и поступки иногдавыходили за рамки простого общения. Но, несмотря на это, она не хотела, чтобы все превращалось в нечто большее. Она ценила его как друга, и ему, похоже, этого было достаточно. Максим не настаивал, не пытался заигрывать или переходить границу, которую она сама для себя установила.

Однажды, после того как коллеги снова начали обсуждать слухи о ее близких отношениях с Даниилом, Максим, казалось, решил внести ясность. Он неожиданно подошел к Саше на перерыве и сказал:

— Знаешь, если те слухи про тебя и Даниила правда, я не осуждаю. В конце концов, почему люди считают, что имеют право судить чужие отношения? Это странно. Мы все взрослые, и решаем, с кем нам быть и как нам жить. Я не понимаю, почему кто-то должен давать оценку.

Саша удивленно посмотрела на него, чуть наклонив голову.

— Ты не считаешь, что это что-то неуместное? — спросила она, немного смущенно, но искренне. — Не знал, что так легко можешь так говорить об этом.

— Почему нет? — ответил он с легкой улыбкой. — У каждого свои чувства, свои отношения. Если ты счастлива — значит, так и должно быть. А вся эта история с множеством мнений… Ну, скажем так, я лучше буду стоять за тобой, чем слушать весь этот бред.

Саша почувствовала легкую благодарность за его слова, но вместе с тем, внутренне оставаясь в стороне от дальнейшего обсуждения этой темы. Она снова задумалась о том, как часто мнение других людей вмешивается в ее жизнь, когда ей не нужно их оценок. Ее отношения с Даниилом, пусть и оставались неясными для большинства, не стали бы легче от слов других.

Максим продолжал поддерживать ее, как друг, и этот нейтральный подход помогал Саше не терять фокус на работе и не отвлекаться на сплетни. Она понимала, что со временем все снова утихнет. А ее отношения с Даниилом, хотя и оставались скрытыми, все больше становились ее личным выбором.