Книга Любовь вслепую или Помощница для Дракона, страница 55 – Маргарита Абрамова

— Эй, полегче. Хватит противиться! Вам понравится! Еще спасибо скажете! — он предпринял попытку еще раз забраться.

И в этот момент драконьей сущностью я вновь почувствовал его. Тот самый, сейчас едва уловимый, но невыносимо знакомый аромат жасмина. Я замер, пытаясь отследить, откуда он исходит. И этот прохвост мгновенно воспользовался моим замешательством. Ремни щелкнули, застегнулись. Он спрыгнул с меня, хлопая в ладоши. Как девчонка, право слово!

— Только далеко не улетайте, а то вдруг я неправильно что-то пристегнул.

Толкнул Амаля своей массивной мордой в живот. Совсем слегка, но для его хрупкого телосложения этого хватило. Он повалился на землю, но не застонал, не испугался, а засмеялся.

Стиснув челюсти, я решил покончить с этим унижением побыстрее. Я сделал первый пробный взмах крыльями. Левое, живое и могучее, взметнулось вверх, поднимая мощный поток воздуха. Правое, механическое, отозвалось тяжелым, неуклюжим, скрипящим движением. Это было неудобно, неестественно и безумно раздражало. Я чувствовал себя уродцем в цирке.

Еще один взмах. Снова криво, снова эта ужасающая асимметрия. Я рычал от злости, хлопая крыльями все яростнее, поднимая в саду ураган из листьев и пыли.

И тогда я понял. Я пытался управлять ими по отдельности. Живым и мертвым. Так никогда не взлететь.

Закрыл глаза и представил, что правое крыло не кусок железа и кожи на ремнях, а мое родное, словно оно вернулось назад. Я вспомнил, каково это — чувствовать ветер в каждой перепонке, каждой чешуйке. Конструкция словно завибрировала, становясь моим продолжением.

Неуклюжие взмахи вдруг обрели синхронность. Скрип превратился в низкий мощный гул. Тяжесть на спине не исчезла, но перестала быть чужеродной. Она стала точкой опоры.

Я оттолкнулся от земли, и на этот раз мое тело, вытянутое в стрелу, послушно рванулось вверх. Не так стремительно, как раньше, не с той грацией, но я летел! Ветер засвистел в ушах, земля поплыла внизу.

Это был не тот полет,что был прежде. Он был тяжелым, завоеванным, оплаченным болью и гневом. Но это был полет. И из моей груди вместе с ревом вырывалось нечто новое — не ярость, а ликующий победоносный крик.

— Ну, Амаль! Ну, сукин сын! — сжал помощника в крепких объятиях, приземлившись. Во мне еще бурлила энергия полета.

— Рад был помочь, сэр, — проговорил он, будто смущенно. — Вы даже на ногах лучше держитесь.

Похоже, драконья сущность, как раньше, запустила регенерацию. Первые месяцы после травмы не было ни зрения, ни ее, а больше я и не пробовал обернуться.

Так хотелось снова видеть, пусть просто очертания. Хоть что-то. Это темнота угнетала. Хотелось еще раз обернуться драконом. Я не отказал себе в этом.

Кружил над домом, пока полностью не выбился из сил.

Амелия

Сердце забилось с бешеной скоростью, что я едва не грохнулась в обморок, когда генерал назвал мое настоящее имя!

«Амелия».

Может, он догадался, просто не признается? Смеется над моими дурацкими потугами выглядеть парнем.

Но за Армором не замечены шутки. Для них как минимум нужно хорошее, приподнятое настроение. А он тут вообще-то при смерти лежит.

Тогда почему он вспомнил именно это имя? Вопрос повис в воздухе, терзая меня изнутри. Но меня же не одну зовут так. Вдруг у него была какая-то давняя дама сердца с таким же именем? Это казалось куда более вероятным, чем то, что он вдруг случайно вспомнил ту самую девицу Элфорд, с которой пересекся несколько раз. Я была уверена, что он и имени моего не запомнил, и уж тем более не помнил, как я выгляжу. Поговорил и забыл…