Книга Пирог с корицей, страница 4 – Аля Гром

Вспомнилось, как заболела жена главы их края, как искал он целителей и знахарей по всем городкам и деревенькам своей области. Нашли и её, травницу. Привезли тогда её, молодую вдову, с двумя малюсенькими дочками во дворец. Выделили целых две комнаты, кормили, поили, за детками помогали приглядывать. Отвары её умирающей сильно не помогли, а вот тонкий стан и уверенный взгляд приглянулись еще нестарому губернатору. Долго сопротивляться его настойчивости и подаркам травница не смогла и вскоре уже ночевала в его спальни. День, когда она узнала, что носит под сердцем дитя страсти, совпал с днем смерти жены губернатора. Боясь его гнева и страшась за будущее еще не рожденного ребенка, она быстренько собрала старших дочек и, пользуясь общим трауроми неразберихой, покинула дворец. В начале думала, что губернатор после положенного траура найдет её, вернет во дворец, а там кто знает, может и замуж позовет. Но шли дни, месяцы, а весточек от возлюбленного не было. В один день она проснулась и поняла, что все сбережения потрачены, дорогие подарки — распроданы и, чтобы выжить, придется снова заниматься привычной работой. А вот рожденная дочка внешне оказалась точной копией своего отца, губернатора, что приносило женщине невыносимую боль и тоску. Так малышка стала для неё вечным напоминанием её наивности и глупой влюбленности…

С последним лучом солнца ярмарка закрылась. Обычно торговали один день, но те, кто не успел распродаться оставались и на второй, хотя бы до обеда. Мать Ярмилки решила поступить так же. У неё еще оставалась треть запасов, а возвращаться с товаром домой не хотелось. Договорившись с дядькой Михеем и взяв с него слово, что присмотрит за мешками, она кликнула дочерей и отправилась в ближайший постоялый двор.

Ярмилка смотрела во все глаза: они вышли с базарной площади и пошли по улочке, выложенной камнем, и дома вокруг были каменные, а не деревянные, как в деревне. Постоялый двор был добротным трехэтажным зданием, с таверной на первом этаже и комнатами на верхних, а еще была огромная конюшня. Ярмилка так отчаянно крутила головой, что совсем не заметила, как платок съехал с головы на плечи, обнажая золотистую головку. Так они и вошли в таверну. Мать села за стол и, не глядя на дочерей, погрузилась в изучение меню. В отличии от многих деревенских она хоть и медленно, но умела читать, чем чрезвычайно гордилась.

— Что желаете, госпожа? — перед Ярмилкой возникла юная подавальщица.

Ярмилка ответила улыбкой приветливой девушке и заозиралась по сторонам. О какой такой госпоже идет речь? Неужели сейчас она увидит настоящую высокородную? Но девушка продолжала упрямо смотреть на Ярмилку. Та совершенно растерялась. Она хотела обратиться к матери, но боялась отвлечь её, к счастью, на помощь пришла сестра.

— Где вы здесь видите госпожу? — угрюмо буркнула она, — это моя мать, — кивнула она на травницу, — а это, моя младшая сестра.

— Но как же так, — залепетала девушка, — её волосы… и глаза светлые…

— Ты ошиблась, милочка, — вмешалась в разговор мать семейства, — я обычная травница, а этомои дочери. Принеси нам две похлебки и три куска хлеба.

— А гос… а девочка не будет есть? — уже практически заикаясь, спросила подавальщица.

— Ну почему не будет, с сестрой на двоих похлебает, или ты думаешь, что у меня денег куры не клюют?