Книга Пирог с корицей, страница 52 – Аля Гром

— Нет, мой хороший, не до гулянок мне теперь. Одна я осталась. Все травы теперь на мне, все собирать и разносить самой придется, а еще и за матушкой ухаживать. Что делать, ума не приложу…

Волк укоризненно посмотрел. Ну, как же ты одна, а я мол на что? Ярмилка ласково посмотрела на него и тут же вздрогнула от нового стука в дверь.

— Заходите, — прошептала едва слышно.

На пороге возник дядька Михей.

— Ну что, горемычная, почти сиротка ты у нас.

— Ах, дядька Михей, не говорите так! Поправится она, вот увидите, поправится! — воскликнула Ярмилка, сама не веря своим словам.

— В общем, девонька, летом свадьбу сыграем, племянник мой от своего слова не отказывается…

Ярмилка вздрогнула.

— А пока у вас в доме моя тетка поживет, за тобой приглядит, да с матушкой поможет. Потому как нехорошо невесте без пригляду жить. Вот значит так, — утвердительно кивнул дядька Михей, к своей радости единолично решив судьбу девушки.

Вслед за ним в комнату вошла маленькая сухонькая старушка. Немного в ней было сил, но Ярмилка была рада и такому помощнику, потому что очень боялась оставлять мать одну в доме на весть день. А траву собирать было нужно, пока сезон, иначе потом зимой многие пострадают, да и заработка лишаться не хотелось.

Ярмилка кивнула.

— Спасибо, дядька Михей за помощь.

— Мать в сознание придет — приду сговариваться о дате, — буркнул напоследок мужик и скрылся за дверью.

Вся зима далась Ярмилке очень тяжело. В этом году она быстро вступила в свои права, все вокруг замело снегом, и найти в лесу что-то полезное было невозможно.

Каждое утро Ярмилка выпускала волка в лес, с завистью глядя, как он убегает на охоту. А сама шла в сарай, заниматься сортировкой трав и приготовлением сборов.

Тетушка Марта, которую дядька Михей определил к Ярмилке в дом, в отличие от ее матери не только не бурчала, но и почти не разговаривала. Женщина была неулыбчивая и тихая. И если она не занималась делами по хозяйству, то целыми проводила за вышивкой у окна. Ярмилке рядом с ней было очень неуютно и одиноко. В доме тишину нарушали только всхлипы и стоны матери, которая до сих пор не приходила в сознание.

Если бы не волк, Ярмилка и сама впала бы в отчаянье. Но Тим был рядом. С раннего утра он утыкался носом в шею девушки, стараясь побыстрее уговорить отпустить его бежать в лес. Ярмилка, просыпаясь, радостно обнимала своё мохнатое чудо, трепала его по холке и шепотом ласково просила не задерживаться и возвращаться по раньше. Как правило, к обеду волк был уже дома, и они с Ярмилкой шли по деревне, разносили сборы, брали новые заказы. По возможности, Ярмилка лечила людей, очищая их золотинки. Она настолько приноровилась в этом, что за день могла уже помочь не одному-двум, как раньше, но и целому десятку и при этом не валиться с ног.

С первыми теплыми лучами, с первой молодой травкой, Ярмилка стала вновь убегать в лес. Когда она возвращалась, радостная, разрумяненная от весеннего ветра, Марта лишь с недовольством качала головой и глазами показывала на бедную женщину, стараясь вызвать у Ярмилки угрызения совести. Девушка понимала, что ее матери плохо, но ее магия была бессильна, так как над больной частью тела золотинок не было вообще, а как лечить то, чего нет, Ярмилка не знала. Травы тоже особо не помогали, и им оставалось лишь ждать и надеяться на чудо. И, понимая, что сидение рядом с больной ничем не помогает, Ярмилка выбирала лес, и к огромному недовольству тетушки продолжала туда ходить.