Книга Пирог с корицей, страница 79 – Аля Гром

— А вот и не правда, — покачала та головой, — Ты теперь невеста принца, и везде, — она назидательно подняла палец к верху, — В-е-з-д-е должна выглядеть соответствующе! А ты, Уля, бери этот поднос и отнеси к девочкам-горничным, перекусите, пока господа на балу-то пляшут.

Спровадив горничную, она вздохнув уселась на стул. Ярмилка присела на соседний.

— Да, кстати, а кто вообще придумал пригласить меня во дворец на этот отбор, а? И зачем? Посмеяться над деревенской, — она чуть не сказала «дурочкой», но вовремя остановилась.

«Нет, я вовсе не дурочка, — вдруг решительно возмутилось всё ее внутренне я, — Сколько книг я прочитала? И ведь каждую я могу пересказать почти наизусть! И я прекрасно разбираюсь в травах, у меня даже лицензия есть. Так почему же я считаю себя дурочкой? Только потому, что за мной нет именитого рода? Но, Ирен рассказывала, как они сами шли против своих близких и помогали простым людям. А уж я простым людям — всю свою жизнь помогаю. Так что нет, я может и из деревни, и не знаю здесь никого, но точно не дурочка!»

Ярмилка запнулась и нахмурилась, а Лукерья по-доброму усмехнулась:

— Не важно, Ярмилка, откуда ты. Главное — чистая сердцем, добрая, отзывчивая. Ты будешь моему Александрушки настоящей отдушиной, среди лести и притворства двора.

У Ярмилки поникли плечики.

— Тетушка Лукерья, неужели, он еще помнит меня? А я ведь, даже не знаю, как он по-настоящему выглядит, — едва слышно пробормотала Ярмилка.

— Помнит, милая, всё помнит. Уж даже не сосчитать, сколько раз мы с ним о тебе говорили! Я ведь в начале думала, что это в нем благодарность к тебе говорит, за золотинки твои, а потом смотрю, нет, не просто он благодарен, нравишься ты ему.

— Ну да, — с сомнением в голосе протянула Ярмилка, — Так нравлюсь, что за четыре года ни одной весточки не передал! А, может, я его забыла, и замуж уже почти вышла?

— Ой девонька, не шути так! — всплеснула кухарка руками, — Вижу, как забыла — на шеи-то колечко серебряное чьё до сих пор носишь!?

Ярмилка засмущалась и, схватившись за цепочку, стала вертеть колечко в руках.

— Память, — наконец, выдавила онаиз себя.

— Ну, так и он ничего не забыл! И подарки, поди ж все эти годы получала? Монеты, платья книжки? — нахмурившись продолжала допытываться Лукерья, — Так это он, мой касатик, заботился о тебе, чтобы ни босая, ни голодная не ходила. Он мне часто признавался, что хотел бы тебе роскошный дом подарить, да слуг приставить, но, говорит:

«Нельзя, тетушка, раньше времени, внимание к ней привлекать, а то со света сживут. Как пить дать, сживут!»

— Теперь уж и сама вижу, что прав он был. Ты думаешь, только на вас напали-то? Восемь магинь не доехали. И что самое ужасное — все были сильные. Такой урон королевству. Ну и семьям, конечно, горе.

Ярмилка при последних словах вздрогнула и с ужасом посмотрела в глаза кухарки.

— Тетушка Лукерья, так меня получается, убьют?

— Нет, глупая, нет, конечно! Только вот держись в тени. Как приехала — простая да не заметная, так такой и оставайся, и принц на тебя внимания обращать не будет. Совсем. Это чтобы никто не заподозрил, что ты ему нравишься. А вот в нужном конкурсе — ты победишь и всё! — кухарка победно улыбнулась, — Уже никто ничего ни сказать, ни сделать не посмеет! И СМОТРИ, НИКОМУ НЕ ДОВЕРЯЙ! Ни аристократкам нашим, ни слугам. Улю я к тебе приставила, вроде не глупая, гор золотых ей наобещала, коли помогать будет, но и при ней особо не болтай! Договорились?