Книга Изгнанники Зеннона, страница 73 – Алина Брюс

Эти мысли изводили меня, и, чтобы отвлечься, я подошла к изгороди и коснулась теплого рассохшегося дерева. Стрекот насекомых и травяной запах заросшего поля понемногу успокаивали.

Мне не хотелось думать и об Олеа, особенно о том клубке лжи, который предстояло распутать. В глубине души я знала, что всё равно не смогу раскрыть вождю Псов всю правду, а значит, старую ложь придется заменить новой. Зато теперь стало понятно, почему все так его слушались, несмотря на его совершенно не властный характер: от него зависело, вернутся ли они домой.

Олеа сказал, что всех считает достойными. Но у остальных есть татуировки, а к Тарине явно ни у кого не возникнет вопросов после того, что она сделала. А ко мне? Что я сделала для Псов? Я даже не уверена, как бы себя повела, столкнись я в лесу с Волками, как Тарина…

Внезапно сердце вновь тревожно заныло.

Кинн!

Вряд ли он знает о Волках – он о них и не обмолвился. Что, если он столкнется с ними? Или уже столкнулся? Что они с ним сделают? Поможет ли ему их татуировка?

Я посмотрела вдаль, туда, где Узорная дорога уходила на запад, к Зеннону. Меня охватило чувство беспомощности, куда более острое и болезненное, чем от осознания собственной бездарности.

Я ничем не могу помочь Кинну.

Прошу, Серра, сохрани его, где бы он ни был.

Достав книгу с пыльной полки, я разочарованно чихнула. Очередное «Руководство по уходу за коровами и их содержанию: камнелогический аспект». Сразу ясно, что книга из Нумма – только там изучали камни для увеличения дойности и плодовитости скота и лечения его от болезней. Если бы чтение этого руководства помогло отвлечься от криков Теней, я бы взяла его не раздумывая: коровы так коровы. Но после нескольких подобных попыток я поняла, что такие книги приносят лишь еще бо́льшую головную боль.

Нет, мне требовалось что-то, на чем можно по-настоящему сосредоточиться, не рискуя вывернуть челюсть от постоянной зевоты. Когда я глубоко о чем-то задумывалась, голоса Теней звучали чуть приглушенно, словно я уходила под воду. Но проводить каждую ночь в глубоких размышлениях я просто не могла. Тогда меня осенило: нужна книга! Олеа с легкостью дал мне разрешение брать из кабинета какие угодно книги.

Но очень быстро обнаружилось, что хозяева поместья страстно любили земледелие и скотоводство – до такой степени, что все имеющиеся тут книги были посвящены сельскому хозяйству и быту. Будь у нас скот и семена, за несколько лет мы могли бы добиться больших успехов. Но ни «Сказок Черного леса», ни «Приключений Дендрика Отважного по ту сторону Штормовых морей», ни даже истории Серры – ничего подобного не было. Просто удивительно, что при таком подходе в поместье нашлись книги Закона и Толкования.

Признав свое поражение, я взглянула на неаккуратные стопки книг на сдвинутых вместе стульях и вздохнула. Хотелось надеяться, что торговцы забыли что-нибудь не связанное с выпасом или удоем.

В первых нескольких стопках ничего особенного не нашлось. Устаревшие книги по медицине, поваренные книги и даже брошюрки типа «Тайный камень для привлечения сердец противоположного пола» или «Камни для дарования удачи». Не удержавшись, я громко фыркнула. Вот это точно можно пустить на растопку. Любовный камень, камень для удачи – всё это было рассчитано на людей со слабым даром и богатым воображением. И тех, кто пропускал уроки высшей камнелогии мимо ушей. Один из основополагающих законов гласит: «Сила камней ограничена физическим миром». Любовь, удача, успех, благополучие – ничего этого камни подарить не могли. Я мельком заглянула в брошюру о любовном камне и поперхнулась от смеха: ничье сердце ихлоний привлечь не мог, зато облегчал отхождение кишечных газов.