Книга Тени Альвиона, страница 112 – Алина Брюс

Вязкая темнота обволакивала меня со всех сторон – баюкала, усыпляла, погружала в теплые недра всё глубже и глубже.

Кинн…

Имя прозвенело в темноте ярким золотом и куда-то поманило за собой.

Стой! Подожди!..

Я попыталась шевельнуться, но темнота лишь туже спеленала меня, шепча: «Спи, спи!»

«Кинн…» – вновь запела золотая струна, и что-то во мне откликнулось на ее зов. Я забарахталась в топкой черноте, стремясь вынырнуть на поверхность. Но тьма грохочущим валом обрушилась на меня, хлынула в легкие и потянула на дно. Задыхаясь, я ухватилась за золотую струну – она напряглась и тревожно застонала, грозя оборваться. Я дернула за нее… и очнулась.

Я лежала в своей кровати, тяжело дыша и моргая от яркого света.

Кинн!..

Воспоминания замелькали перед моим мысленным взором, вернулось ощущение когтей, готовых разодрать мягкую плоть, – я села и с ужасом посмотрела на свои руки.

Обветренные, неухоженные, но вполне обычные.

Судорожно выдохнув от облегчения, я заметила, что браслета из хризалиев на мне не было – он поблескивал в складках одеяла, – а из-под правого рукава ночной сорочки выглядывала повязка. Кто-то перебинтовал укус, но я этого не помнила. Не помнила и того, как оказалась в постели.

Сплошной провал в памяти.

Тревога с новой силой вспыхнула в груди: я же ничего не успела сделать Кинну?..

Откинув одеяло, я встала с кровати, но, видимо, слишком резко: голова закружилась, и пришлось сесть обратно. Едва головокружение прекратилось, я снова поднялась, накинула шелковый капот и вышла в пустой коридор.

Надо убедиться, что с Кинном всё в порядке.

Не задерживаясь, я прошла мимо закрытой двери в комнату Кьяры – видеть сестру мне не хотелось. Уже в лиловой гостиной я осознала, что иду босиком. Посмотрев на ноги, утопающие в мягком ворсе ковра, я решительно двинулась к дверям на мужскую половину.

Это не так уж важно.

Коридор встретил меня сонной тишиной – все двери были закрыты, из комнат не доносилось ни звука. Перед глазами всё на мгновение поплыло, и, переждав, я осторожно, стараясь не скрипеть паркетной доской, направилась к двери, ведущей в спальню Кинна. Когда я остановилась напротив, то почувствовала, как от волнения вдоль позвоночника побежали мурашки.

Я должна узнать, как он.

Нажав на дверную ручку, я плавно толкнула дверь – она открылась, впуская меня в темноту: шторы на окне были задернуты, а люминарии Кинн погасил. По моей щеке скользнул ветерок – окно было приоткрыто, – и, чтобы дверь не хлопнула от сквозняка, я тихонько ее закрыла.

Прислушавшись, я различила размеренное дыхание. Кинн спал.

С ним и правда всё в порядке?..

Я бесшумно двинулась по ковру в сторону кровати, но на середине комнаты застыла, чувствуя, как быстро колотится мое сердце.

Что я делаю?.. Нельзя…

Но мысль исчезла, стоило мне посмотреть на Кинна.

Он спал на боку, лицом ко мне, положив руку на подушку, – рукав его белой ночной рубашки задрался, обнажая предплечье. Ферн постоянно ходил с закатанными рукавами, и я привыкла к этому зрелищу. Но почему-то сейчас дыхание у меня прервалось и я была не в силах оторвать взгляд от Кинна.

Мне вспомнился сарай в поместье Псов, когда на нас не было ничего, кроме мешков из-под зерна. Я подошла к кровати вплотную, всей кожей ощущая, как меня окутывает легкий цитрусовый запах.