Книга Дремеры. Проклятие Энтаны, страница 7 – Алина Брюс

Имрок Дейн, снова в маске, переговорил о чем-то с Карателем за дверью, затем сел за стол, на этот раз не заставляя меня надеть браслет с роммием, и глухо произнес:

– Не говори лишнего.

В замешательстве я кивнула – Кинн ведь и так всё знает, что мне от него скрывать?.. В этот момент дверь отворилась, и, не вытерпев, я вскочила. Но вошедший не был Кинном. Высокий, в плаще с низко надвинутым капюшоном, незнакомец шагнул вперед и театральным жестом откинул капюшон.

Я попятилась, уронив стул, и едва не упала вместе с ним.

– Амри́?.. – потрясенно прошептала я.

Это, без сомнения, была глава торгового клана Лисиц: с теми же короткими молочно-белыми волосами, благодаря которым она взяла себе имя Белая лиса. Но ее лицо… К моему горлу подкатила тошнота.

Левую половину лица женщины пересекал безобразный шрам – от брови до губы, – а оставшийся правый глаз смотрел непримиримо и жестко.

– Вира, – сипло, через силу произнесла Амри.

– Вы живы… – только и смогла выдавить я.

– Как и ты, – со смешком ответила она.

– Садитесь, – голос Имрока Дейна вывел меня из ступора, и, подняв стул, я села так, чтобы видеть их обоих.

Пока Амри шла к своему месту, я заметила, что она подволакивает ногу, и у меня неприятно свело живот. Когда мы с ней только встретились, она выглядела неукротимой, полной энергии, а теперь напоминала собственную тень.

Всё это время женщина не сводила с меня взгляда, и я еле удерживалась, чтобы не таращиться на ее шрам.

– Красотка, правда? – Она повернулась ко мне левой половиной лица, и, смутившись, я опустила голову. – Всё благодаря Утешителю Йенару.

– Что? – Я вновь посмотрела на нее. – Это он?..

Ярко-голубой глаз Амри яростно сверкнул.

– Вам с Волчонком тогда повезло, что сбежали. Иначе вы бы вряд ли выжили в той мясорубке. Ну а если б выжили, Утешитель бы вас так просто не отпустил.

– Он… Он жив?

– Хотела бы я надеяться, что сдох, но это вряд ли. Такие твари просто такне помирают.

Не уверенная в том, можно ли мне задавать вопросы, я взглянула на Имрока Дейна – он едва заметно кивнул, и я решилась:

– Что произошло, когда мы сбежали?

Женщина откинулась на стуле и, по-мужски расставив ноги, положила руки на бедра – пальцы ее были испещрены шрамами. Она криво улыбнулась.

– Генс выбыл первым. Пока мы все были заняты, он мог достать этого вшивого пса Хе́йрона, – на этих словах я непроизвольно поморщилась, и Амри, замолчав, зло прищурилась. Потом снова заговорила, но в ее голос вкрались царапающие льдинками ноты: – Ну, Генс всегда был слабаком – даже не сумел его как следует ранить. И Лайну пришлось сражаться против двоих. Он был следующим.

Я словно наяву услышала звон мечей, отчаянный цокот копыт и испуганное ржание лошадей.

– Утешитель велел Карателям сначала разобраться с Дормом, решил, что справится со мной один, – продолжила Амри. – Мне удалось его ранить, но Дорм… Его окружили. Он разделался с одним из них, прежде чем его атаковали со спины. Я бросилась на помощь, но опоздала… – Она закашлялась, затем прохрипела: – Зато отплатила за его смерть, вернула кровавый долг.

Сглотнув комок в горле, я приглушенно спросила:

– Что было после?

– После? Берне́л сбежал, поджав хвост, бросил своего покровителя. А Утешитель подарил мне этот шрам, – в ее голосе прорезалась ненависть. – Я истекала кровью, но ему и этого было мало: он прихватил камни для светового щита – и мои, и те, что я забрала у паршивых Волков. Он увел с собой единственную оставшуюся лошадь, но далеко не ушел – всё-таки я его хорошенько достала, – завалился в ближайший амбар.