Книга Игла. Сказ о сердце Кощеевом, страница 214 – Елена Кондрацкая

Он накрыл её своим телом, защищая от мира и холода, кожа к коже, дыхание к дыханию. Игла с готовностью прильнула к нему бёдрами, влажная и обжигающе горячая. Дар не сдержал стон, когда почувствовал её, обнял крепко и сильнее подался вперёд. Игла двигалась ему навстречу, задыхаясь от исступления, нежности и любви, которые захватили их обоих. То, что происходило между ними, стало чем-то большим, чем просто близость. Тела стали продолжением чувств, которые они не смогли бы выразить, даже если бы хотели – так много их было. Нагота – телесная и духовная, доверие и чары, которые объединили их, связали так крепко, что они чувствовали сердца друг друга, желание друг друга и даже делили на двоих удовольствие, которое нарастало с каждым движением, взглядом, мыслью, а оттого оно становилось настолько сильным и непреодолимым, что им казалось, словно сами они безвозвратно растворились в нём.

Ахнув, Игла выгнулась под ним, изо всех сил сжала его бедрами, и Дар тоже не выдержал, в тот же миг последовав за ней. Они остановились, тяжело дыша и глядя друг на друга так, будто видели впервые. Отчасти это и правда было так.

– Ты прекрасна, – тихо сказал Дар, гладя её по влажным от пота волосам. – Я даже представить боялся, что когда-нибудь смогу держать тебя в объятиях.

– Я тоже, – с замирающим сердцем отозвалась Игла. – Я тоже очень-очень боялась. Но думала об этом постоянно. С того дня на Звёздной башне.

– Ох, так недавно? – смущённо рассмеялся Дар и, укутав её в свою рубаху, перенёс в кресло. Он сел, а Игла устроилась у него на коленях.

– А ты? Разве не тогда же?

Дар отвёл взгляд, и щёки его запылали румянцем.

– Гораздо раньше, – нехотя признался он. – Думаю, с лавины, которая накрыла нас у Полозовой горы…

– Что?! – Игла со смехом толкнула его в грудь. – Мы же были едва знакомы! Ты дразнил меня!

– Я вёл себя как дурак. – Дар прикрыл ладонью лицо. – Потому что не понимал, что со мной происходит. Я всю жизнь был бессердечным Кощеем и не собирался ничего менять, но… всё случилось само. Ты случилась. И я не знал, что делать.

– Ага, вёл себя как тысячелетний мальчишка, – фыркнула Игла.

– Ты была не лучше.

– Ещё как лучше!

– Ох, ну как скажешь.

– Что за тон? Опять дразнишься?

Дар вместо ответа поцеловал её, и Игла демонстративно скривилась и вытерла губы.

– Эй! Будешь так делать, буду целовать тебя ещё чаще.

Игла опять скривилась, и Дар снова её поцеловал. Она засмеялась, продолжая кривляться и красть всё новые и новые поцелуи и целовала его сама. Легко и свободно, словно так было всегда. И всегда будет. Весь день, вечер, а потом и ночь, в спальне, которую теперь они будут делить на двоих. Сегодня и всю оставшуюся жизнь.

«Я вижу тебя. Я чувствую тебя. Я люблю тебя», – стучало в их сердце, одном на двоих, – стучало так громко, что никакие слова были не нужны.

Метели улеглись, а солнечных дней становилось всё больше, и хоть в лесу ещё лежал глубокий снег, переменившийся ветер уже шептал о скором и неотвратимом наступлении весны. Терем, опечаленный и замерший в отсутствие хозяина, ожил, преобразился и вновь стал уютным домом. И казалось, всё наладилось, лишь по ночам Игла просыпалась в холодном поту, боясь, что связь их с Даром разорвалась и он вновь оказался в корнях мёртвого дуба. Но заклинание работало: каждую ночь Дар лежал рядом, живой и невредимый. Почувствовав её пробуждение, он открывал глаза и утягивал Иглу в тёплые, успокоительные объятия, обещающие, что все её страхи напрасны и всё будет хорошо. Пусть Игла и стала его сердцем, как и было задумано, полная сила, которой Дар обладал тысячу лет назад, к нему так и не вернулась. Игла полагала: дело было в том, что сердце в своё время разделилось на части: одна всё ещё жила в древнем лесу, вторая досталась ей, а третья – умерла вместе с бабушкой. Но лишь толика силы, та, что жила в Игле, всё же вернулась к Дару. Они подолгу практиковали чары вместе, и он даже делал некоторые успехи, но всё же был ограничен магией багреца и той частью силы, которой делилась с ним Игла. Лишнего Дар брать не хотел, несмотря на заверения Иглы в том, что это ей не навредит. Впрочем, им ещё многому предстояло учиться. Вместе. И на многие вопросы найти ответы.