Книга Забытая истинная в Академии Тьмы, страница 32 – Ева Мир

Я смело протянула левую руку, ту, на которой быламетка.

— Может откусите свой ужасный маячок?

Марк двигался неожиданно быстро, сначала я увидела его зубы, смыкающиеся на моём запястье, и только потом почувствовала лёгкое сжатие и движение его языка на моей коже.

Это было так интимно… Даже не поцелуй, нет… Что-то порочнее этого!

— Химеров псих! — прошипела я и ударила кулаком свободной руки по его челюсти.

Он отнял губы от моей кожи, но тут же вывернул мою руку за спину.

— Мертва, — прошептал в ухо, прижав мои лопатки к своей груди и держа другой рукой за горло. Шёпот вызвал разряд горячего тока по всему телу. А ещё, чувство дежавю.

— Не так быстро! — ответила я, ударила локтём под дых, наступила пяткой на пальцы ног и запустила коленом в пах. Марк, однако, перехватил последний удар, подцепил коленом моё бедро, толкнул плечи и уложил меня на спину, удерживая при этом мою шею сзади, чтобы я не ударилась затылком об пол.

В глазах потемнело, внутри загорелся огонь ярости. Я выпустила нить и оставила ярко-красный след на его побелевшей щеке. Зал притих. Пощёчина не обидела Марка, он только улыбнулся, вставая с колен.

— Итак, мы видим на сколько разителен может быть удар по лицу в зависимости от намерения!

Зал заполнился хохотом.

Марк провёл ладонью, и красный след скрылся.

Я уже поднялась с пола, отряхнулась и пообещала себе, что никогда больше не приду на его лекции.

— А в Изнанке вы были совсем другим! — сказала я, не успев себя остановить.

— В Изнанке? — спросил Марк, нахмурившись и схватив меня за укушенную руку. — Зара?

Предательские мурашки снова распространились по коже, вызывая глупое щекотание где-то глубоко внутри.

Он внимательно осмотрел моё запястье. Я поняла, что он искал. Тот чёрно-золотой рисунок, который проявляется только иногда.

Я ничего не ответила. Вырвала руку, обхватила больное запястье и гневно вышла из аудитории.

Ну уж нет! Лучше я буду спать под забором Академии, чем ещё раз обращусь к этому ужасному, грубому, порочному человеку!

На улице было уже не так жарко, но это не добавляло комфорта. Туманное чувство тревоги накрывало с головой. Я пошла в сторону станции, придерживая рукой незалеченную ранку от укуса.

Чёрные химеры! Я думала, что это было не больно. Но теперь, ощущая жгучий пульсирующий дискомфорт, понимала: мне это только показалось.

Ну и куда мне теперь? Вернуться в дом мадам Тротт? Вряд ли она примет меня радушно… Её взгляд сто раз подсказал, что мадам терпит меня только до поступления в Академию…

А на улице всё холодало… Дурацкий юг! Не поймёшь их погоду!

Я смахнула влагу с мокрых глаз. И резко развернулась обратно к Академии.

Не позволю какому-то негодяю… будь он хоть трижды архимаг! Решать судьбу за меня! И я имела в виду вполне конкретного заносчивого профессора с острыми зубами.

Горгульи приветливо скалились, и мне уже начинало казаться, что защита замка сломалась.

Подавшись вперед, я решительно шагнула через ворота Академии. Чувствовала, будто стены Академии притягивают меня обратно, в свои глухие и мрачные коридоры.

Мои ноги сами несли меня к кабинету Островского. Точнее туда, где его кабинет должен был быть. Теперь там сияла пустотой только глухая стена.

Я глупо постучала туда, где должна была находится дверь. Ожидаемо… Никто не ответил.