Книга Королевский отбор, или Попаданка под прикрытием, страница 33 – Полли Нария

Надо было видеть ее лицо.

И снова здравствуйте, как говорится.

Лика

‒ Леди Соли, что вы сделали с леди Хилл?

Ну конечно, других вариантов, кроме как обвинить меня в голове Орнеллы не возникло. Что-то мне подсказывало, что с этих пор я находилась под пристальным вниманием этой дамочки. Не знаю, что именно сказал ей Дамион, чтобы прикрыть мою многострадальную спину, но девушке это явно не понравилось. Точнее, ей не понравился тот факт, что выходка с садовником обошла меня стороной. Не было разбирательств, и принц не решал судьбу своей падшей невесты.

Что не сулило мне ничего хорошего со стороны распорядительницы. Я уже заведомо была виновна во всех прегрешениях, даже если лично в них не участвовала. Вот и сейчас со стороны казалось, что именно я навредила Пенелопе, этой хрупкой низенькой девушке, дрожавшей как осиновый лист под грозным взглядом фифы.

‒ Помогла ей остановить кровь, ‒ я же Орнеллу не боялась. ‒ Бокал треснул, и леди Хилл поранила руку.

‒ И вы, конечно же, знали, как оказать первую помощь?

Вопрос брюнетки звучал странно. С двойным дном.

‒ А что в этом удивительного?

И только потом я поняла очень очевидную вещь, ускользнувшую от меня в разгар хаоса. Никто из невест не вскочил с места, кроме меня. Никто не стал пытаться хоть как-то помочь испуганной сопернице. Но не потому, что здесь собрались кровожадные твари, а всего лишь из-за того, что никто не знал, что именно нужно делать в подобной ситуации.

В столовой собрались истинные леди, белоручки, возможные будущие королевы, которым не нужно было знать, как помогать людям. Их удел ‒ плести интриги, рожать наследников и вышивать на пяльцах. Ну или что еще делают знатные девицы в свободное время. Ах, точно, еще играть на фортепиано, петь песни и красиво танцевать на баллах.

Вид крови испугал участниц и только я, бывшая ученица медицинского университета, знала, что именно стоит делать.

‒ Леди Хилл нужно срочно обработать рану, пока туда не попала инфекция. И перебинтовать ладонь.

‒ Инфекция?

Могли ли брови Орнеллы взметнуться еще выше? Как оказалось, могли. Так, глядишь, и убегут в шевелюру цвета воронова крыла. Опасненько.

‒ Заражение… ‒ исправилась я. Но было поздно. Я вновь ляпнула, не подумав.

‒ Так ты целительница?

Вот тут я яму себе копать точно не стала. Ну их… Может я и смыслю что-тов лечении, но вряд ли моих знаний хватит для этого мира. Тут точно еще не изобрели парацетамол и ибупрофен. Я даже про градусники боялась спросить. Нет. Я не целитель. Хватит мне уже других всевозможных ярлыков.

‒ Нет! ‒ я замотала головой и затараторила: ‒ Приложить чистую тряпку к ране каждый может. Я не целитель и ничего в этом не понимаю. Все испугались крови, а я нет. Вот и все.

Брови леди Малин вернулись на место, хвала богам всех миров. Но теперь она смотрела на меня не с удивлением, а с подозрением. То бишь мы вернулись к тому, с чего все началось. Ну и отлично.

‒ Прошу вас сесть на свое место.

Просьба Орнеллы звучала как приказ, но я была рада, что допрос закончился, толком не начавшись. Пока я шла к своему стулу, распорядительница о чем-то переговорила со слугами, и бедную курносую Пенелопу, под взглядами всех участниц вывели из малой столовой. Как прокаженную. Мне было отчего-то жаль девушку. Она походила на робкий цветочек, которому только что оторвали лепесток.