Книга Жених по обмену, страница 29 – Кицунэ Миято

— Ты что-то сказал?

— Нет, я уже вызываю такси.

— Хорошо, я готова, — соврала София.

Всю субботу Ник занимался переездом в особняк Масакадовых. У Софии оказалась условная трёхкомнатная квартира с отдельным входом. Сначала входишь в почти пустую гостиную, где по центру стояли маленький диван, большое кресло, журнальный столик, а на стене висел телевизор с диагональю под сотню дюймов. Направо из этой гостиной можно попасть в небольшой кабинет, там София училась и занималась. В кабинете буквально три на три метра располагались большой письменный стол с компьютером и хорошим игровым экраном, полки с книгами и учебниками, пара стульев. Никита сразу заприметил себе «личный кабинет» — что-то вроде «просто туалета» рядом с кабинетом. Видимо, для того, чтобы не бегать в спальню, так как в ванную комнату можно было попасть только через неё. Этот «простой туалет» спокойно бы вместил в себя ещё и небольшой столик, так как там располагалась полноценная раковина с зеркальным трюмо, на котором валялись всякие косметические мелочи.

Слева располагался «будуарный комплекс», как это про себя окрестил Никита. Спальня, гардероб, ванная комната со всеми женскими прибамбасами и штучками, да, туалет там тоже имелся, но санузел совмещённый с ванной. Что плохо. Но хорошо, что там есть пространство и для установки душевой кабинки, не самой крутой и вместительной, но всё же. Хотя это стоило ещё обмозговать. А надо ли?

Неприятно об этом вот так вспомнить, так как обычно в подобные ситуации он не попадал уже лет восемь-девять, практически с самого своего попадания в этот мир. Да и Ник даже не знал, как сообщить о такой фобии своей новоявленной жене. Сам он боролся с ней на упреждение: просто не входил в ванные комнаты с ваннами. По крайней мере, специально, а в его апартаментах у бабули давно по его настоянию заменили сантехнику.

Фобия досталась ему в наследство от Никиты, который в детстве нашел мертвую мать. Её убили, но решили представить как самоубийство, так что положили в ванную и порезали руки. Но полиция не спихнула это убийство, так как судмедэксперт докопался, что порезы сделаны уже посмертно. Но на мелкого Никитку всё равно этот случай произвёл настолько сильное впечатление, что и после слияния их душ Ник чувствовал в ванных комнатах слабость, тошноту и фантомный запах крови. Сам Никита, по воспоминаниям, видел чуть лине галлюцинации в таких помещениях и даже падал в обмороки, но за пять жизней ни разу не сходил к какому-нибудь врачу-мозгоправу. Никита, правда, тоже не ходил, но потому, что был уверен, что держит фобию под контролем и на него это воздействует гораздо слабее. Да и что сказать врачу? «Я попаданец в ваш мир, но у предыдущего владельца тела ехала крыша в ванных, вылечите это». Бред же.

Пока что Ник решил, что будет мыться в «гостевом душе» — имелся у Масакадовых и такой, а в санузел будуара постарается не заходить. Ещё шторку можно повесить, чтобы саму ванну прикрыть. Тоже вариант.

В общем-то, он не из привередливых, его скорее напрягала вся эта роскошь, за которой так легко утратить человечность и понимание жизни. Потерять себя. Своих друзей, которые дружат с тобой не из-за толщины кошелька, а потому что ты хороший человек. Да даже любовь у этих богатеев сплошь по расчёту. Ник не помнил, любил ли он кого-то в своей прошлой жизни, наверное, любил, и, скорее всего, не парился по поводу того, что жена с тобой по сотне причин, кроме самой важной.