Книга Не зли новенькую, дракон!, страница 94 – Агата Лэйми

— Конечно, он мечтал о том, что Итан унаследует его и твою магию, или хотя бы Летиции, — мельком взглянул на сына, спокойно дремавшего на заднем сидении автомобиля.

Магический тест, проведённый неделю назад, показал, что наш маленький комочек счастья унаследовал мой дар теневого дракона. Предрасположенность девяносто девять процентов. Я до сих пор помню, как у меня похолодели пальцы, когда я читал эти цифры. Не потому, что был не рад. Боги, нет! Я был на седьмом небе. Но вместе с гордостью пришла и тяжёлая, липкая полоса вины. Я украл у Абрахама его мечту. Снова.

Ладонь Фэй легла на мою, сжимающую руль так сильно, что побелели костяшки.

— Он его дед, Эван, и он обожает Итана, вспомни праздник, который папа закатил две недели назад на шесть месяцев Итана, — её пальцы стиснули мою руку сильнее, а Фэйт заглянула в глаза. — И ты знаешь, что и к тебе он относится хорошо, хоть и в глубине души припоминает тот спор.

Фыркнул, но отпустил руль, спорить я не собирался. Если не обращать внимания на его временами взгляд, которым можно было гнуть стулья, то в целом у нас дела шли неплохо.

Родители Фэйт подружились с моими, что было отдельным чудом. Мой отец, вечный бунтарь, и Абрахам Беннет, олицетворение магической аристократии, находили общий язык в коллекционировании редких легенд, а наши матери за чашкой чая могли часами обсуждать, как лучше всего усмирить «своих упрямых драконов», имея в виду нас с отцом. Мир, который я когда-то считал невозможным, стал реальностью.

— Просто напомни ему, что тени у Итана будут одними из самых сильных, — с легкой ухмылкой сказал я, выходя из машины и осторожно доставаяиз автокресла нашего сонного принца. Итан кряхтел во сне, сжимая в крошечном кулачке край комбинезончика. Вереск по обычаю сидел у него в изголовье, и, кажется, с рождением сына, он стал предпочитать его компанию, а не Фэйт. Или просто беспокоился за него… — … что его внук сможет летать. Это должно смягчить удар.

— Это не понадобится, — фыркнула Фэйт, поднявшись на цыпочки и чмокнув меня в уголок губ. — Он будет его любить, даже если Итан родился бы без способностей.

Я замер на мгновение, глядя, как жена несет нашего сонного дракончика к парадному входу, любуясь этой картиной и ощущая, как внутри разливается приятное знакомое тепло.

Вереск, устроившись на ее плече, обернулся и сердито пискнул в мою сторону, явно торопя. Я усмехнулся. Этот крыс, кажется, стал еще более властным после рождения Итана, назначив себя его личным стражем. И, честно говоря, я был только рад — мало кто мог быть бдительнее этого пушистого комочка с усами.

Дверь распахнулась еще до того, как Фэйт успела до нее дотронуться. На пороге стояла Летиция в своем неизменном багряном платье, ее алые губы растянулись в улыбке при виде внука.

— Моя тёмная звёздочка и её теневой дракон с нашим маленьким дракончиком. Мы вчера получили результаты теста, — её губы дрогнули в улыбке, а взгляд остановился на лице Итана, который продолжал безмятежно спать.

Что что, а поспать сын очень любил.

— У него будет самая сильная тень, — сдержанно кивнул Абрахам, возникнув за спиной. Арлек неизменно сидел на его плече, распушив перья. — Его ждёт подарок в детской, — глаза мужчины довольно блеснули, и впервые за час я облегчённо выдохнул.

Выходные в особняке Беннетов обещали быть насыщенными, вечером должен подъехать Дастин, мой лучший друг, который из вечного студента-разгильдяя превратился в одного из ведущих программистов-магов в компании Абрахама. Ирония судьбы была потрясающей. Тот ценил его за острый ум и нестандартные решения, а Дастин обожал мистера Беннета за то, что тот не жалел денег на «сумасшедшие проекты». Их совместная работа над системой безопасности для семейной компании Беннетов стала местной легендой.

А ещё он был крёстным Итана, так что Абрахам видел его почти постоянно, но, кажется, его это ни капельки не напрягало. А с утра ожидался приезд моих родителей, семейные выходныеявно не будут скучными. Мама уже засыпала наш общий чат с Фэйт фотографиями вязаных носочков и шапочек для внука и домашнего пирога с грушами, который она испекла для всех. Каждому по пирогу.

— Я же говорила, что всё будет хорошо, — шепнула Фэйт, переплетая со мной руки, глядя на то, как сияющая Летиция уже несла внука в детскую, а за ней семенил Абрахам с несвойственной ему улыбкой.

— А я говорил, что люблю тебя? — притянул её ближе, пробегаясь руками по талии и утопая в её тёмных глазах.

— Каждый день. Люблю тебя, — она подтянулась на носочках, касаясь моих губ своими губами, и весь мир перестал существовать, растворяясь в этом ощущении.