Книга Практика, страница 122 – Александра Антарио

— Я уточню у ир Ледэ насчёт схемы, — пообещала Иль. — Мы как раз договаривались завтра для проставления зачёта в зачётки собраться.

Третьекурсник благодарно кивнул. Он, судя по его виду, замучился восстанавливать пресловутые характеристики.

Ответ магистра оказался вполне предсказуем: никаких экспериментов с неотработанными схемами без его контроля. Тем более на нементалистах.

— Если уж без этого никак, лучше приводи своего некроманта ко мне сегодня вечером. Посмотрю, чем можно помочь. Часов в пять, я думаю, будет самое то.

Радостная улыбка озарила лицо девушки:

— Спасибо.

— Да не за что пока. Тем более архимаг всё равно просил снять воспоминания участников для комиссии. Твои, думаю, тоже нужны.

— Хорошо. — Она наставнику доверяла, так что проблемы в этом не видела.

— И, Иль, — спохватился он, когда она уже направилась к двери. — Я надеюсь, ты болела ветрянкой?

— Конечно. А что? — Вопрос так её удивил, что сперва она не сообразила. — У вашей дочки ветрянка?

— Угу. А ещё ей было обидно, что зелёнкой мажут только её. Так что не удивляйся.

В красках представ, что за этим скрывается, студентка с трудом сдержала смех.

В реальности это оказалось ещё забавнее, чем она представляла, так что сдерживаться стало вовсе почти невозможно. Ник тоже характерно закашлялся. Ир Ледэ тяжело вздохнул и пропустил студентов внутрь. Оставалось порадоваться ментальным способностям. Впрочем, отчасти как раз из-за них он в такой ситуации и оказался.

— Жени, у нас гости.

— Привет, — явно стесняющаяся своей зелёной мордашки девочка выглянула из-за косяка.

— Привет! — Иль искренне улыбнулась.

Магистр провёл их в гостиную и указал на диван.

— Рассказывайте.

Много времени объяснение ситуации не заняло. Уяснив, что именно требуется, магистр задумался. Пойти тут можно было несколькими путями. Впрочем, учитывая просьбу архимага, которому как известно, не отказывают, выбор был не так уж и велик.

— Иль, поиграешь пока с Жени? — попросил ир Ледэ. И мысленно добавил: — «Как бы она опять что-нибудь не устроила».

— Конечно.

Увлечение алхимией дочку менталистов всё ещё не отпустило, так что общий язык с ней Иль нашладовольно легко и время пролетело незаметно.

— Папа, а мне тетя Иль показала, как сделать воду с пузырьками! — похвасталась девочка, когда, закончив работать с памятью Ника, менталист позвал их обратно. — Смотри, что у меня получилось!

Ир Ледэ явственно вздрогнул, но дочь похвалил.

«Это абсолютно безопасно, к чему не добавляй. Набор потому и называется детским», — успокоила его студентка. У неё когда-то был почти такой же. Правда, папины зелья интересовали её тогда гораздо больше. А уж в сочетании с мамиными… Результаты этого смешения порой были весьма разрушительными, порой вонючими настолько, что приходилось проветривать дом сутками и с использованием магии, а порой просто бесполезными, но вынуждающими обоих родителей готовить свои составы заново. И прятать их подальше от любопытной дочки.

Менталист вздрогнул повторно. Указал студентке на диван, а Ника строго предупредил относительно некромантии: схватывала Жени на лету и разводить взрослых на что-нибудь для себя интересное умела преотлично. А азы некромантии вполне могли стать для неё тем самым интересным: в одну группу с ней ходило достаточно детей некромантов как работающих в МАН, так и просто из-за специфики отношения к их профессии живущих в окрестностях. Причём, некоторые, по словам Оливии, гораздо чаще забирающей дочь и потому общающейся с родителями, переехали как раз из-за садика, в котором гораздо спокойнее смотрели на детские выходки с поднятыми мышами и питомцев-скелетиков.