Книга Тайны и скелеты, страница 88 – Александра Антарио

Проректор покачал головой. Потом негромко заметил:

— У прикладников обычно нужно что-нибудь найти, для антуража, чаще всего, не где-то в академии, а на учебном кладбище. Ну а пока студенты ищут, на них нападает какая-нибудь небольшая, но многочисленная нежить, по которой с испуга ещё попасть нужно умудриться. Площадных схем на первом курсе обычно не знают, приходится по одной упокаивать, а если это белки, то они и высоко, и верткие, и шишками с подачи контролирующих старшекурсников кидаются жутко больно.

— Спорный вопрос, что неприятнее: ваш вариант или вот этот, — кивок на очередного устроившегося на пеньке несчастного.

Тут их наконец заметили — или просто наконец до них добрались? — проводящие посвящение.

— Магистр? — осторожно осведомился заводила-фундаменталист.

— Заканчивайте, Клаус. Детям сегодня ещё на пары, а до этого нужно успеть отмыться.

— Да мы и так.

— Вот и заканчивайте, — магистр некромантии поднялся. Повернулся к Дирку: — Присмотришь?

Тот кивнул и снова устроился на бревне.

Проректор же направился в академию. Его наверняка ждали подсчитывающие убытки лаборанты и все те страждущие, кого он оставил дожидаться себя в приёмной.

Когда появился Гоша с красными огнями в глазницах и блокнотом с пером в костлявых руках, Иль и Тесла пили чай.Нацарапав и продемонстрировав им корявую надпись: «Гоша останется тут», проректор контроль над своей нежитью отпустил. Скелет замер, а потом отошёл в угол и там встал.

— Похоже, проректор с его помощью следил за Посвящением?

— Похоже, — согласилась теоретик. — А потом решил, что пора вмешаться лично, вот и отправил его в ближайшую лаборантскую. Разумное решение, если учесть, что сейчас по академии бегает куча кидающихся «Исате» первокурсников.

Менталистка кивнула и вернулась к теме, наиболее сейчас Теслу волновавшей — все сильнее приближающейся, пусть пока и не назначенной, защите на магистра. По ходу разговора Иль узнала много нового: подводных камней и сугубо процедурных моментов в достижении магистерского статуса хватало, причём порой самых неожиданных.

— Хуже всего, что многое нигде официально не оговаривается. Так заведено, все это знают и этим руководствуются. Те же предзащиты, которых официально нет, а в реальности есть… Да много всего на самом деле, — Тесла вздохнула. Было заметно, что ей давно хотелось кому-то выговориться. — При этом сама защита — это, как говорят, во многом формальность. Устоявшаяся за время процедура, порядок которой все соблюдают, прекрасно зная, каков будет результат: тех, кто защититься не сможет, отсеивают ещё на этапе приёма рукописи и предзащиты.

— Предзащиты, которой официально нет?

— Ага. Вот только она есть, и хорошо, если одна. А всё потому что не в интересах диссовета проваленные защиты. Это логично, но… Как же я уже от всего этого устала!

Тут ввалились теоретики четвертого курса, которым не жить, не быть срочно потребовались скелеты мышовок.

— Вы же заявку заранее писали, не могли сразу указать? — ворчала Тесла по пути в аудиторию, где те лежали.

— Это было до того, как боевики испортили нам посвящение! — сверкая глазами возразила староста.

— И вы решили за это натравить на них мышовок? — остановилась почти-магистр.

— Неее, что мы с ума сошли, что ли? Чез мышовковые бега предложил.