Книга Жена Альфы, страница 168 – Клара Моррис

Я не могла ответить. Только стонала, вцепившись в его мокрые волосы, прижимаясь к нему так сильно, будто боялась раствориться. Вода стекала по нашим телам, пар застилал зеркала, а мир сузился до точки соприкосновения, до ритма его движений, до этого невероятного, сводящего с ума единства.

Он замедлился, почти останавливаясь, и я застонала от нетерпения.

— Не спеши, — прошептал он, глядя мне в глаза. — Я хочу запомнить каждое мгновение. Каждую секунду. Я ждал этого слишком долго.

И он снова начал двигаться — медленно, глубоко, мучительно сладко. Каждое его движение отзывалось во мне дрожью, каждое касание его рук заставляло забывать, как дышать. Он изучал меня заново, будто в первый раз, и я отвечала ему тем же — проводила руками по его широкой спине, по напряженным мышцам плеч, по мокрым волосам на затылке.

— Я люблю тебя, — выдохнула я, когда он ускорился, когда ритм стал более настойчивым, более отчаянным.

— Я знаю, — ответил он.

Мы кончили почти одновременно — я первой, с криком, в котором смешались боль и облегчение, страсть и нежность, а он следом, с рыком, прижав меня к стене так сильно, что я почувствовала, как дрожит каждая его мышца.

Вода все лилась, омывая нас, смывая усталость, страхи, сомнения. Мы стояли, прижавшись друг к другу, не в силах разомкнуть объятия.

— Это было... — начала я.

— Только начало, — перебил он, поднимая на меня глаза. В них горел такой огонь, что у меня подкосились ноги. — Мы не закончили.

Он выключил воду, наскоро обтер нас полотенцами, подхватил меня на руки и понес в спальню. Я смеялась, прижимаясь к его груди, чувствуя, как бьется его сердце — часто, сильно, в унисон с моим.

Он опустил меня на кровать и навис сверху, опираясь на локти. В его взгляде было что-то новое — не просто желание, а глубочайшее, всепоглощающееобожание.

— Я никогда не устану смотреть на тебя, — сказал он тихо. — Никогда не устану любить тебя. Ты — моя жизнь, Лианна. Моя единственная, моя настоящая, моя навсегда.

Я потянулась к нему, притягивая для поцелуя. И мы снова стали единым целым. Медленно, глубоко, не торопясь. Он двигался во мне так, будто мы были единственными людьми на земле, будто за стенами этой комнаты не существовало ничего — ни пророчеств, ни врагов, ни времени.

Я гладила его спину, его плечи, его лицо, впитывая каждое мгновение, каждое движение, каждый вздох. Он целовал мою грудь, живот, бедра, возвращаясь к губам снова и снова. Его руки находили самые чувствительные места, и я выгибалась под ним, теряя счет времени, теряя себя, находя заново.

Мы кончили вместе, вскрикнув, застонав, слившись в одно целое. И долго лежали, не в силах пошевелиться, прижавшись друг к другу, слушая, как затихает бешеный стук сердец.

— Знаешь, — прошептала я, когда смогла говорить, — я думала, что потеряла тебя. Что между нами все кончено.

— Между нами никогда не будет кончено, — ответил он, целуя мои волосы. — Мы связаны сильнее, чем любые узы. Временем, смертью, магией. И любовью. Самое главное — любовью.

Я улыбнулась, чувствуя, как по щеке катится слеза. Счастливая. Самая счастливая женщина на свете.

Он заметил слезу, стер большим пальцем.

— Ты плачешь?

— От счастья, — ответила я. — Просто от счастья.

Он улыбнулся — той самой улыбкой, которую я видела так редко и так любила.