Книга Океанская Жемчужина, страница 13 – Лия Виата

Брат нахмурился и посмотрел на отца, который в ответ пожал плечами. Кайтен тяжело вздохнул.

— Вчера… Я, кажется, немного неправильно выразился… —с неловкостью начал он.

— Кажется? Ты буквально обвинил меня в убийстве. И не кого-нибудь, а нашей матушки! — взорвалась я.

Кайтен сжал руки в кулаки.

— К сожалению, ты не помнишь о тех событиях так много, как я…

— О, и это, конечно, делает меня безжалостной убийцей. — Я сложила руки на груди.

У брата на лице заходили желваки. Он изо всех сил старался не сорваться и не наорать на меня.

— Я никогда этого не говорил, — возразил он. — Возможно, когда-нибудь ты сможешь спокойно меня выслушать, не покрываясь от каждого слова колючками, но пока… я не стану настаивать на твоём скорейшем замужестве.

У меня от удивления даже рот приоткрылся. Что нам там сегодня на обед подали? Грибы-галлюциногены? Мой гнев всё ещё не утих, но, поймав молящий взгляд отца, выдавила из себя улыбку.

— Спасибо, — ответила я.

— Я рад, что вы решили вчерашнее недоразумение. Не пристало брату с сестрой постоянно ругаться. Помните, что постоянно говорила вам мама? — спросил отец.

Я растерялась, а потом все мои негативные эмоции пропали. Мне будто снова стало не больше ста лун. Кайтен напротив уменьшился в размерах, стал более тощим, а по правую руку от немного помолодевшего отца нарисовалась полупрозрачная невесомая фигура мамы.

— Вы должны оберегать, и заботится друг о друге, потому что являетесь самыми близкими и родными друг другу существами, — в один голос ответили мы с Кайтеном и переглянулись.

Взгляд у брата смягчился, и моя улыбка стала более искренней. Мама всегда умела подбирать нужные слова. Она могла примирить нас даже в самых сложных ситуациях. Мы все очень сильно по ней скучали. В уголках моих глаз начали собираться слезы. Я нахмурилась и силой воли смогла удержать их.

В дверь постучали. Камень медленно отъехал в сторону, и в проеме появилась миниатюрная русалка с желтым переливчатым хвостом, насыщенными тепло-карими глазами, черными короткими волосами и огромным ужасным шрамом на горле. Кайтен вздрогнул и застыл. Я мгновенно кинулась к ней и обняла её.

— Милли! Ты рано прибыла. Я очень рада тебя видеть. Как добралась? Пообедаешь с нами? — затараторила я.

Она мне широко улыбнулась, чуть отстранилась, подняла руку, к которой крепилась желтая ракушка, и открыла её. Вверх полетела стайка пузырьков, которые Милли ловким движением руки превратилав буквы.

«Приветствую его Величество Императора, Красного Рифа и Океанскую Жемчужину. Я добралась хорошо. Благодарю за беспокойство. Если не буду мешать вам, то с удовольствием, присоединюсь к обеду».

— Что за глупости? Ты никогда не сможешь нам не помешаешь, так что присаживайся, — ответил папа.

Милли поклонилась ему и осторожно присела на место рядом со мной. Кайтен напрягся ещё сильнее. Милли кинула на него печальный взгляд и прикусила губу.

— С каждой новой встречей ты всё ловчее составляешь пузырьки в слова. Это просто невероятно. Правда, Кайтен? — сказала я и посмотрела на брата, взгляд которого напомнил мне рыбу, попавшую в человеческую сеть.

Он повернул голову и посмотрел прямо на Милли. Глаза у него забегали, а кадык дернулся. Ему понадобилось непозволительно много времени, чтобы выдавить из себя простое: