Книга Невеста для инквизитора, страница 37 – Маша Ловыгина

— Может, ты просто не видел ничего хорошего? — быстро спросил заместитель и тут же покачал головой. — Извините, мастер Парр, вырвалось.

Клим забрал папку с его колен и открыл дверь:

— Я ценю твое отношение, Драга. В первую очередь, к работе. Но если тебе кажется, что Климентий Парр это что-то из категории эмпатических привязанностей, то ты ошибаешься. Я и есть наша работа. Другой жизни я не знаю.

— Это даже не жизнь, Клим, — ответил Драга и легонько ткнул его плечом. — Вечером я поеду к жене и дочке. Они меня ждут и не упрекают. Но я сам себя упрекаю за то, что провожу с ними мало времени. Однако мне было бы гораздо хуже, если бы их не было со мной вообще... Встретить женщину, которая принимает тебя полностью, со всеми твоими заморочками, это великое счастье.

Клим вышел, зажал под мышкой папку и поправил ремень на плотном защитном комбинезоне.

— Я верю тебе, Драга. И хорошо понимаю. — Он дал отмашку пилотам и оперативникам, которые тут же рысцой друг за другом побежали к вертолету. — Я проверю каждую живущую в Костовице ведьму и, если потребуется, уничтожу. Вот только скажи, какая женщина захочет любить и быть с тем, кто пытает и казнит других женщин?

— Они не женщины, — возразил Драга, — а ведьмы!

— Вот-вот, расскажи об этом Бертине Козме, — напомнил Клим и зашагал к вертолету, лопасти которого уже начали вращаться.

— Ни пуха, ни пера, мастер Парр! — донеслось вслед.

— Да низвергнется скверна! — махнул на прощание Клим.

У трапа его отвлек телефонный звонок. Посторонившись и пропуская отряд оперативников, Клим достал телефон и несколько секунд смотрел на высветившийся номер.

— Да, отец.

— Клим, я поздравляю тебя! Только что узнал о твоем назначении. Это... это так...

Шум двигателя заглушал отцовский голос, но Клим чувствовал, как тот дрожит.

— Я очень занят сейчас.

— Да, понимаю... Такая должность, ответственность... Хотел спросить тебя, может быть ты приедешь? Хотя бы на несколько часов? Послезавтра твой день рождения, и я подумал, что...

Клим сглотнул, глядя на то, как воздушные потоки сминают чуть подросшую траву вдоль бетонного покрытия.

— Тебя плохо слышно, — хрипло ответил он. — Я перезвоню потом, когда будет время. И... у меня все хорошо.

Нажав отбой, Клим сунул телефон в карман и застегнул молнию.

Солнце спускалось к горизонту. От земли поднималось дрожащее прозрачное марево.

Вдруг подумалось, что в их доме сейчас царит прохлада, ведь стены монументального старого здания были из цельного камня. Такого же, как и "замок Дракулы", который стал его домом. И его мрачные подземелья с влажной вкрадчивой тишиной очень похожи на те, где он любил слоняться, будучи ребенком. Почти все 13 лет жизни в родовом поместье Парров.

До того самого момента, пока не уничтожил свою первую ведьму...

Клим отодвинул шторку и прижался виском к металлической обшивке иллюминатора, разглядывая сквозь белесую дымку простирающийся внизу город. Минутный разговор с отцом разворошил и поднял муть со дна души. Но он никогда и не забывал о том, что произошло. И вряд ли сможет забыть. Пожалуй, это даже к лучшему, что отец позвонил именно сейчас. Есть в этих воспоминаниях то самое, необходимое ему лекарство от беспокойства и сомнений, которыми полны все люди. Своего рода допинг, чтобы четко понимать свое место в этом мире и не отступать от принятого однажды решения.