Книга Невеста для инквизитора, страница 50 – Маша Ловыгина

— Выпускаешь их поохотиться в городе? — спросил он.

— Пусть следят за порядком, пока все спят, — ответила Иванка. — Они хорошие мальчики и не станут зря кидаться на кого-либо. Хотите, чтобы они обернулись?

— Нет. Пожалуй, в таком обличье они будут гораздо полезнее. — Он вспомнил девичье лицо на фотографии и зачем-то спросил: — А как ее зовут?

— Кого? — притворилась непонимающей Иванка.

— Невесту вашего сына. — Клим произнес эту фразу с такой злостью, что сам едва не одернул себя. Непозволительная глупость показывать каждому свое отношение к ведьмам. Непредвзятость гораздо важнее любых чувств и эмоций. Именно они мешают и зачастую выдают слабость. А это именно слабость, как ни крути. Главный Инквизитор должен владеть собой в любых обстоятельствах и уж тем более, в момент работы.

— Верушка Кроль, — фыркнула Иванка и тут же перевела разговор, глядя на оборотней: — Что им можно позволить? — Ее зрачки расширились. Она с шумом втянула ночной воздух, будто сама готовилась к бою.

— Скажем, попытка к бегству — это причина для нападения, — коротко ответил Клим и, не прощаясь, зашагал прочь.

Бесшумно ступая, оборотни направились вслед за ним.

Сейчас, привыкнув к соседству четвероногих тварей, Клим заметил движение в небе над плоской крышей башни — черное на черном, спиралью уходящее в темноту. Первейший признак скопища темной энергии, недоступный обычному человеческому глазу.

Они ждали его. Знали, зачем он пришел, и готовилиськ решающей битве. Ибо любая встреча с инквизитором становится последней для тех, кто не принимает условий, прописанных законом. Но и смерть инквизитора, а история знает подобные случаи, может стать решающей в становлении ведьмовского клана. Дело чести для тех и других. Извечная борьба за принципы, которые каждый выбирает для себя однажды.

Только у ведьм не было принципов. Вернее, Клим не находил их у тех, кто попадал в его руки. Сплошная анархия и нежелание следовать правилам. Нарушение баланса там, где он есть, и нанесение еще большего ущерба там, где и так все уже разваливается...

— Природная стихия и та имеет под собой какой-то смысл и объяснение, — пробормотал он вслух и направился к башне.

Он шел не прячась. Остановился у перекрестка, оказавшись рядом с мигающим оранжевым светофором.

Окна башни были темны, но в витрине первого этажа просматривались бледные фигуры застывших в красивых позах манекенов. Под ногами шуршали мелкие камешки, где-то совсем рядом, то усиливаясь, то затихая, звучала песня. Монотонная, гудящая, пробирающая насквозь.

Краем глаза Клим уловил движение в витрине — один из манекенов исчез. В памяти вновь всплыла златокудрая юная ведьма с фотографии. Он скрипнул зубами и прибавил шагу.

Оборотни двигались чуть позади и, наверное, со стороны они трое выглядели довольно гротескно — высокий мужчина в темном, выгуливающий псов-переростков с умными желтыми глазами и собачьей преданностью своей альфе. Интересно, как они выглядят в человеческом обличье, и на самом ли деле он хочет это знать?..

Клим тряхнул головой, отбрасывая в сторону ненужные мысли. Следовало сосредоточиться, чтобы не впустить в свою голову чужую волю. А она уже здесь, витает вокруг него в виде едва заметного темного дымка, только и ждет, чтобы он дал слабину.

— Следите за тем, чтобы никто не сбежал, — велел Клим.