Книга Ведьмы Зелёной Волши, страница 55 – Анастасия Федоренко

Кажется, Яр это тоже понял. Я увидела в его глазах море сочувствия, и в тоже время некую решимость.

— Вето вожака — нерушимый приказ, который может отдать только альфа, вожак по-другому. И ни один оборотень из стаи не может его нарушить или отменить. У нас слишком сильна иерархия, где альфа — глава, а его слово — закон. Я просто не мог нарушить приказ. Это очень сложно, Тань. И я обязательно расскажу тебе об оборотнях гораздо больше, чтобы ты смогла понять нашу суть. Сейчас воспринимай всё сказанное, как… магию. В каком-то смысле оборотни тоже дети магии, колдовства и природы.

Что ж, пожалуй, это было не так сложно. В последнее время вокруг много того, чего я не могла познать и понять, а бабушка всё время твердит, что дело в силе. Так и здесь… Вето вожака…

Из всех возможных причин нашего разрыва почему-то мне досталась именно та, которая связана с магией.

— А связь пары, о которой ты говорил?

— Здесь гораздо проще, — немного растерянно улыбнулся Яр. — Когда мы влюбляемся, этот процесс затрагивает и нашу вторую сущность, волка. Все инстинкты, все чувства... Буквально всё настраивается на выбранную девушку или парня. Это как будто ты становишься больным до одного единственного человека. В период формирования этой связи, когда вторая половинка оборотня отвечает на его чувства, вторая сущность очень нестабильна. Никитос поплатился за свои необдуманные слова, а я, как сын вожака, понёс ответственность за потерю контроля.

— Всё это звучит так, будто ты пересказываешь какой-то фэнтези-сериал или фильм, — тихо шепнула я, толком не зная, как реагировать на эти слова.

— Какой кошмар, я-то надеялся, что моя речь будет лучше, чем у этих типов, — хохотнул он, а после уже совершенно серьёзнымтоном добавил: — Прости меня, если сможешь.

Я ответила почти сразу, не дав себе время передумать:

— Прощу. Но нужно время, Яр. Мне было очень больно, и теперь мне вновь надо привыкнуть к постоянным мыслям о тебе, привыкнуть к твоему присутствию и… к новым обстоятельствам.

— Понимаю, Тань, я…

— Господа влюблённые, время вышло! — громко провозгласили сверху, прерывая наши спутанные объяснения. — Таня, домой! Вы, молодой человек, всегда можете вернуться к этому разговору в другой день. Пригласите мою внучку в кафе или в кино…

— Ну ба!

— Не «бабкай» мне! Я и так долго ждала, пока он тебе самое главное объяснит, остальное — позже!

С этими словами окно в моей комнате вновь закрылось, оставляя нас, слегка ошарашенных, наедине. Хотя наедине ли? Похоже, моя бабулечка гений шпионажа покруче всяких сериальных детективов!

— Ладно, Танюш, послушаем Ингу Степановну, — с усмешкой произнёс Яр. — Она слишком встревожена, а значит и вправду будет что-то нехорошее.

А по-моему, у кого-то просто длинная реклама в это время!

Но вслух я ничего не сказала. В этот момент даже шелохнуться было сложно. И в каком теперь мы статусе? Парень-девушка? Нам стоит поцеловаться на прощание или слишком рано? Я ведь не простила его до конца.

Либо Яр слишком хорошо меня знает, либо у меня вновь отобразилась бегущая строчка на лбу, потому что в следующий миг он наклонился и легонько дотронулся своими губами моих губ. Почти невесомый поцелуй. Нежный, тёплый. Без оглушительной страсти, которой были наполнены предыдущие два.

Домой я зашла с лёгкой улыбкой. Глупой, счастливой.