Книга Физрук: на своей волне 5, страница 38 – Валерий Гуров

— Он взял деньги, — сухо сказал я. — Но ровно в тот момент, когда пальцы замкнулись на пачке купюр, по дому вдруг вспыхнул свет.

Оказалось, что хозяин вернулся раньше времени. Антон слышал, как тот закрывает входную дверь, слышал шаги по полу. И эти шаги начинали слышаться всё чётче — хозяин поднимался наверх.

Антон успел только одно — нырнуть под кровать. Лечь лицом вниз, зажимая деньги в ладонях так крепко, что костяшки побелели.

— Хозяин вошёл и прошёл прямо к сейфу. Словно чувствовал, что сюда кто-то проник.

Ребята в спортзале слушали, не двигаясь, будто сами лежали под той кроватью и слышали шаги, которые медленно приближались к ним.

И тогда Кирилл не выдержал:

— Владимир Петрович… а дальше-то что было?

Я посмотрел на него и продолжил:

— А дальше, пацаны и девчата, Антон увидел то, что сломало ему всю душу. Хозяин дома поставил на пол пакет. И из пакета он вынул коробку с тем самым лекарством, которое могло спасти жизнь его матери. Мужик купил его и привёз домой. Он действительно собирался помочь… но Антон этого не знал. Он не дождался и сделал свой выбор раньше.

Я рассказал, как Антон лежал под кроватью и слышал каждый звук. И тогда в комнату зашли ещё люди — это была охрана того самого богатого человека.

— А вместе с охраной вошли и пацаны,которые должны были стоять на стреме. Те самые, с кем Антон вырос бок о бок, те, кому он доверял больше, чем себе.

Я сделал паузу. Ребята переглянулись. Они не понимали, что будет дальше.

— У Антона в тот момент душа в пятки ушла, — сказал я. — А хозяин дома подошёл к сейфу, открыл его и сразу понял, что деньги пропали. И вот что Антон услышал дальше…

Я вдохнул и продолжил так же спокойно. Рассказал, как его друзья, кто ещё час назад тёрся рядом и уверял его, что всё будет нормально, моментально сдали его хозяину дома. Они сказали, что это Антон всё предложил. Что это он придумал, организовал, а они, бедные, лишь пытались его отговорить. Что они и думать не могли, чтобы полезть в сейф, и они вообще здесь только ради того, чтобы «не дать Антону натворить глупостей».

— И Антон лежал под кроватью и слушал, как его лучшие друзья, с кем он делил последние копейки, кому помогал, когда у них были проблемы… — я вздохнул. — Пацан своими ушами слышал, как эти люди продали его за одну секунду, чтобы снять с себя ответственность и показать хозяину дома, какие они «хорошие мальчики».

У нескольких пацанов в спортзале вытянулись лица. Видно было, что они узнали в этом ситуацию из своей компании, из своих дворов.

— Антон испытал такое разочарование, что у него земля под ногами уплыла. Он понял, что всё это время верил в дружбу, которой на самом деле не было. Не было её вообще, — пояснил я. — Пацаны ушли вместе с хозяином, и хозяин поверил им. А Антон так и остался лежать под кроватью. Один, с украденными деньгами в руках и с полностью разрушенным ощущением, что рядом есть хоть кто-то, кому он может доверять.

Следом я рассказал, что Антон долго лежал под кроватью. Внутри него словно что-то обвалилось. Его привычная уверенность, опора на друзей детства, на эту уличную «семью», которой он верил почти как родным. Всё это вдруг оказалось пустым местом, картонной декорацией, которая рассыпалась при первом же серьёзном ударе.

Пацан чувствовал, что стоит на краю той жизни, к которой привык, и назад дороги уже нет.