Книга Физрук: на своей волне 4, страница 1 – Валерий Гуров

Не хотелось спугнуть азарт, с которым этот придурок пытался показать, кто здесь главный. Я провёл пальцем по экрану, нашёл нужную кнопку. Вся прелесть этих современных игрушек в том, что даже если ты не программист, разобраться можно за секунду.

Одно касание — и соединение пошло.

Экран мигнул, камера выровняла фокус, и спустя пару секунд передо мной возникло лицо. Вернее, рожа. Саня появился на экране в толстовке с накинутым капюшоном. Глаза были красные, воспалённые, а зрачки — узкие, напоминающие две щёлки.

Типичный вид человека, который уже давно живёт на дешёвом синтетическом бодряке. Сидел он, судя по фону, где-то в квартире. Шторы задвинуты, свет тусклый, на столе стояла банка из-под энергетика и что-то похожее на вейп. В воздухе стоял мутный дым, как в дешёвом баре после закрытия.

Контра то и дело подкашливал, но когда на экране вместо Вани увидел меня, резко замер. Кашель исчез. Глаза полезли из орбит.

— Ну, здорова, — хмыкнул я, откинувшись на спинку водительского сиденья. — Вани нет, но я за него. Какие проблемы?

Саня пару секунд моргал, будто пытаясь сфокусировать взгляд. Потом нервно сглотнул, потянулся было к экрану — проверить, не глючит ли его техника.

— Э… а ты кто вообще? — проскрипел он.

— Неважно, — ответил я спокойно. — Важно, что теперь ты разговариваешь со мной.

Он молчал, глядя в камеру, как олень на фары несущегося грузовика. Видно было, как внутри у него борется страх и попытка сохранить хоть видимость наглости. Щёку Контры дёрнуло, его пальцы заметно дрожали.

— Слышь… — наконец выдавил он. — А Ваня где?

— Отдыхает, — коротко сказал я.

— Так, погоди, — он замотал головой. — Это шутка какая-то, да?

— Нет. Просто тебе теперь надо уяснить, что разговор с Ваней теперь будет идти через меня.

Видно было, что Саня злился, но не решался рыпнуться. Все его «понты» моментально сдулись.

— Э-э… — протянул он, замявшись, как школьник у доски.

Похоже, мозг у паренька встал на паузу и судорожно искал хоть какой-то выход из ситуации. Саня наклонился ближе к камере, прищурился, будто от этого изображение станет чётче, а я — понятнее.

Наверняка прокручивал в голове, где мог меня видеть и при каких обстоятельствах. Я молчал. Пусть крутится и переваривает.

— А ты вообще кто такой? —наконец выдал он с явной попыткой вернуть уверенность.

— Владимир Петрович, — на этот раз я ответил. — Физрук, школьный.

Саня судорожно пытался сделать вид, что всё под контролем.

— Э-э… а Ваню можно услышать? — спросил он уже почти вежливо.

Было забавно наблюдать за тем, как он решил взять новую линию поведения. Типичный приём таких вот шавок, когда они чувствуют, что пахнет жареным.

— Дружок, — спокойно напомнил я, — я тебе, вроде, уже сказал, что Вани нет. Его труба у меня. Так что если у тебя есть к пацану вопросы — задавай их мне.

Я чуть подался вперёд, глядя в камеру. — Я тебя внимательно слушаю.

— Да нет… э-э… мне по этому вопросу с Ваней лично нужно поговорить, — замямлил он.

Наглость Сани окончательно испарилась, осталась одна неуверенность. Я уже собрался его жёстко прижать, чтобы понять, кто за ним стоит, но не успел.

Контра резко отвёл взгляд, что-то быстро нажал — и вызов оборвался. Экран погас, а изображение исчезло. Вместе с ним — и надменная, мерзкая рожа Сани Контры.