Книга Оперативник с ИИ, страница 109 – Рафаэль Дамиров

— Опять шутишь…

— Ну а что? Я в новостях как-то видел, как одного гаишника ОСБ хлопнул, а у того почти дворец, и там сортир из золота. Не в нашем регионе, конечно, но всё равно, факт остается фактом.

Он затянулся и зло выдохнул дым.

— Вот из-за таких паскуд народ и думает о нас хреново. Обо всех скопом.

Он уже собирался выйти, но вдруг остановился.

— Кстати, — спросил он, — а ты с этим убитым… Савелием Марковичем Скворцовым… ну, тем учёным из НИИ, который программу презентовал и которого потом убили, ты с ним раньше как-то контактировал?

— Нет, — ответил я. — А что?

— Да ничего.

— Да говорите уже, Владимир Степанович, — сказал я и не сводил с него взгляда. — Вы же не просто так это начали.

Степаныч помялся, потянул воздух носом, будто решал, стоит ли вообще продолжать, потом всё-таки махнул рукой.

— Хм… ну короче… не только Верёвкин тобой интересовался.

— А кто ещё? — хмыкнул я. — Я прямо популярный стал.

— Давай, Фомин, только между нами, — проговорил он и понизил голос. — Начальник ОСБ из главка лично мне звонил.

Я даже не сразу поверил.

— Мне звонил, понимаешь, а не тебе, — продолжил он. — Я, вообще-то, не должен тебе это говорить, но почему-тоон задавал вопросы именно мне. Про тебя, япона-мама.

— Какие вопросы?

— Про этого Савелия Марковича, — ответил Степаныч. — Контактировал ты с ним или нет.

— Они что, меня подозревают в убийстве Скворцова? — спросил я. — Сами же сказали, там не криминал.

— А я почём знаю, — буркнул он. — Он просто спрашивал, ничего не поясняя. Хитрый, как ужик в жаровне. Я ему вопрос, а он с темы спрыгивает.

— А вы что ему сказали?

— Что я ему скажу? — Степаныч раздражённо дёрнул плечом. — Я ему сказал, что если надо, пусть вызывают к себе товарища Фомина и беседуют с ним напрямую. Мол, нормальный ты опер, в темных делишках не замечен.

Он помолчал и добавил уже тише:

— Но не просто же так он звонил.

— Получается, я у них в разработке, — сказал я.

И тут же вспомнил того опера ОСБ, который шёл за мной и Женей хвостом, пока я не оторвался.

— Хрен знает, — озадаченно почесал седую голову Степаныч. — Хрен знает.

Он вздохнул.

— Ладно. Никому ни слова. И ты работай, как работал. Только аккуратно.

— Есть работать аккуратно, — ответил я.

Степаныч кивнул и вышел.

* * *

Полковник Верёвкин Илья Константинович был в отличном расположении духа. Он налил себе бокал виски, устроился на диване, щёлкнул пультом, и в просторном зале заиграл телевизор, а рядом негромко потрескивал камин.

Роскошь этого помещения больше напоминала апартаменты, чем жилой дом: высокие потолки, мягкий свет, дорогие материалы и вычурные колонны.

Хозяин дома только что побрился, принял душ, щедро надушился и, накинув махровый халат, потягивал дорогой виски десятилетней выдержки.

За окнами темнота уже накрыла город, и лишь подсветка уличного бассейна да садовые фонари бросали зеленоватые отблески на усадьбу среди вековых сосен. Он взглянул на часы, поморщился и пробормотал:

— Ну где она…

Дети выросли, жена недавно отправлена подальше от глаз — по путёвке, к пальмам и тёплому песку, греть кости у океана. В такие вечера он особенно остро чувствовал вкус жизни, потому что знал: сегодня к нему должна приехатьжрица любви, элитная проститутка, которая по взаимозачёту обслуживала его бесплатно.

Долгожданный звонок в дверь прозвучал почти как удар колокола, и Верёвкин довольно улыбнулся, залпом допил виски и поднялся.