Онлайн книга «Капкан Бешеного 2»
|
— Как скажешь... — Вот и хорошо! Давай, до встречи! Успехов тебе, дорогой... Нежелание «Лебедя» уступить долю в аптечной коммерции разозлило Миллера... Кто-кто, а Немец знал: всегда, во все времена, существовал и существует бизнес, неподвластный кризисам и скачкам доллара. Бензин, продукты питания, спиртное, табачные изделия и, конечно же, лекарства — всё это покупалось, и будет покупаться даже и в гораздо более бедной стране, чем современная Россия... Да и что тут удивительного: и в эпоху упадка, и во времена расцвета в любой стране будут ездить на машинах, пить алкоголь, закусывая его хотя бы самой немудрёной пищей, куритьсигареты и, естественно, болеть... Понятно, Немец сильно был раздражён упрямством «Лебедя»: «Чем бы его взять? —думал Миллер . — Он же девять лет за решёткой провёл, морда уральская... Наехать на него тоже нельзя — мне не с руки. Подкупить? Он, говорят, до девочек охотник... Может, в Ялте ему девок подогнать? А потом по-новой, и подъехать, когда он кайф словит? Попробовать-то можно... Но что это даст? Кто его знает, может, что-нибудь и даст... Или наобещать ему золотые горы? Он ведь не дурак, по-своему хитёр. —Миллер смачно выругался трехэтажным матом . – Такие бабки из-за него теряю! А может, шантажнуть его внаглую? Как-то увязать с его апельсиновой кавказской коронацией на Вора в законе? А?» Впрочем, Александр Фридрихович, который, словно опытный шахматист, всегда просчитывал ситуации на несколько ходов вперед, уже очень скоро знал, как заставить Лебедевского стать посговорчивей... Незадолго до обеда Миллер вновь позвонил по мобильнику... Но на этот раз интонации Немца были не начальственно-покровительственными, как в разговоре с Шацким, и не фамильярными, как в беседе с «Лебедем», а сдержанными и подчеркнуто уважительными: — Алло? Анатолий Ильич?.. Добрый день!.. Надо бы нам с тобой встретиться... да-да, по поводу Ялты... когда вылетаю? Послезавтра, а встретиться лучше всего сегодня.... Где?.. Во сколько? — Миллер взглянул на часы. — Хорошо, через полтора часа в «Рэдиссон-Славянской»... Всего хорошего. Спустя двадцать минут Александр Фридрихович вышел из кабинета: — Вика, если будут звонить, скажи, что я уже в Ялте, — небрежно бросил он секретарше... Что представляет собой Ялта летом, в разгар сезона, знают все... Стада потных курортников с лупящейся от загара кожей бредут от пляжей к столовым и от столовых к винно-водочным магазинам, шелестят пальмовые листья над голо-вами, стрекочут цикады в траве, ласково плещутся волны у набережной. Но все эти звуки перекрывает назойливая музыка, гремящая из распахнутых дверей кафе и ресторанов... Однако в середине сентября последние отдыхающие паку-ют чемоданы и отправляются восвояси, до следующего сезона... Умолкают цикады, море уже неласковое, штормит угрюмо и грозно. На город-курорт опускается осенняя тишина... Тут выясняется, что определение «город-курорт» не совсем справедливо. Ялта, прежде всего «город-лакей»... А как ещё назвать место, где девяносто девять процентов населения существует исключительно за счёт обслуживания курортников?! Господа разъехались, и осиротевшие лакеи слюнявят пальцы, подсчитывая свои чаевые... Бармены, официанты, таксисты, продавщицы, профессиональные квартирные хозяйки бесцельно слоняются по улицам и набережным. И пересчитывают в уме заработанные за лето бабки, прикидывают: хватит ли этих денег до следующего сезона? |