Онлайн книга «Капкан Бешеного»
|
Толстые «голдовые цепуры» поверх чёрных маек, малиновые пиджаки да «мобилы» в унизанных перстнями руках чётко указывали на социальное положение большинства из них... «Или банкиры, или бандюги, —думал Говорков, окидывая спокойным пристальным взором голубых глаз собравшихся , — что, впрочем, в наши времена почти одно и то же... Ну и пусть... Конечно, вон тот двухметровый бычок с серьгой в ухе уж очень нагло вылупился на Нику. Но ведь не запретишь, же ему смотреть, в самом деле!» — Савушка, что с тобой? — заметив перемену настроения у своего любимого, нежно спросила Вероника. — Не нравятся они тебе, да? Жирные все какие-то,... а полстраны без зарплаты голодает. Я газету читала... — Ладно, пусть сидят себе... пока... — поморщившись, сказал Говорков и заставил себя улыбнуться девушке. Вероника вызывающе, на виду у всех, чмокала его в щёку и легонько погладила его по руке,словно призывая не нервничать: на концерт ведь пришли. Внезапно занавес на сцене разошёлся, громко ударили гитары и ударные... Началось шоу... Вспыхнули цветные огни... Звезда российской эстрады — кудрявый красавец с томными накрашенными глазами, окружённый кордебалетом в удивительных нарядах и павлиньих перьях, — выскочил к микрофону и запел свой самый известный шлягер, прости-рая руки, к бешено аплодирующему залу... Нехитрый мотив-чик трогал за душу... — А здорово поёт, — с уважением, перекрикивая грохот музыки, заявил Савелий, который видел в жизни больше трупов и крови, чем эстрадных концертов. — Я его очень люблю! — крикнула восторженная Вероника и тут же рассмеялась: – Но тебя больше, братишка! Певец разошёлся не на шутку... Он уже соскочил со сцены в зал и пошёл между столами, умудряясь при этом танцевать и петь в радио-микрофон, не сбивая дыхания. Люди дружно хлопали в ладоши. Вдруг произошло нечто из ряда бон выходящее: тот самый двухметровый амбал с серьгой в ухе, который так нагло разглядывал Веронику, вырвал из рук эстрадной звезды радио-микрофон, вскочил на столик и начал что-то истошно орать... Все замерли: пьяный в доску, амбал ревел что-то хрипатым голосом: Кажется, песню — «Нинка, как картинка, с фраером гребёт...». Потом амбал начал неудержимо блевать — и на радио-микрофон, и на окружающих, и даже на смертельно побледневшего певца, который совсем растерялся в этот миг... — Где же секьюрити? — взвизгнула какая-то дико наштукатуренная старушка в пёстром платье, сидевшая неподалеку от Вероники. Девушка же смотрела в упор на Савелия. Он всё правильно понял: какая-то бешеная волна вынесла его из-за столика, он подлетел к пьяному амбалу и каким-то неуловимым ударом в переносицу сбил его с ног, успев выхватить из рук микрофон. Встал в позу «богомола» и быстро осмотрелся по сторонам — все вокруг сидели неподвижно. Амбал ворочался у ног Савелия, изрыгая проклятия: — Ну, все, шибздец тебе... Сука! Ты же мне нос сломал! Гнида... Бля буду, всё: тебе не жить! Дружки амбала — бритоголовые парни с лицами, не обла-гороженными интеллектом, — вскочили было помочь кореш-ку, но тут, же сели обратно на пластмассовые белые стулья. Савелий успокаивающим жестом поднял вверх обе руки и громко произнёс: — Всё в порядке,почтенная публика! Инцидент исчерпан, концерт продолжается! — после чего вручил бледному певцу микрофон. |