Книга Вик Разрушитель 11, страница 180 – Валерий Гуминский

Стюарды ловко лавировали между танцующими, разнося на подносах разнообразные прохладительные напитки и фужеры с игристым, которых было гораздо меньше. Видимо, король дал указание несколько ограничить молодёжь в употреблении шампанского. Но нам и без алкоголя было весело. Астрид с девушками, что с нашими, что с местными, уже перезнакомившимися друг с другом, зажигали вовсю, не обращая внимание на время. Парней тем более невозможно было вытащить из этого цветника. Я взял с подноса стакан с лимонадом, в котором плавали кусочки льда, перешёл обратно в Зал Асов. Мне хотелось повнимательнее рассмотреть композиционную составляющую помещения. Кто бы мне вначале дал головой вертеть по сторонам?

А здесь было на что посмотреть. Ещё бы спросить у кого значение каждой композиции. Но не у слуг же, готовящих стол для фуршета!

— Нравится? — услышал я за спиной голос Олафа.

— Бесподобно, — признался я, обернувшись. — Расскажешь? Ну вот, к примеру, что это?

Я ткнул во фрагмент стены, которая не была закрыта панелями, а нарочито оставленнойгрубой, без отделки. На крупных боках дикого камня виднелись нацарапанные острым предметом руны, назначение которых мне было совершенно не известно. Барельеф снизу подсвечивался вмонтированными в пол круглыми светильниками.

— «Стена Первых Клятв», — Олаф встал рядом со мной и отпил из бокала шампанское. Где, интересно, взял? Или ему в особом порядке подносят? — На ней выгравированы руны самых первых законов и клятв конунгов.

— А это что? — я кивнул на сужающиеся кверху колонны из чёрного базальта. Они словно пики устремлялись к потолку и как будто пронзали его. На каждой из них тоже была гравировка, но отличающаяся от рун. То ли цифры, то ли какой-то текст.

— Это хроника одного из великих походов наших предков к Винланду, — пояснил кронпринц. — Здесь не только отрывок из летописи, но и ключевые слова, цифры, схемы передвижения кораблей.

«Винланд — нынешние САСШ, точнее их восточное побережье», вспомнил я. «Ну да, в исторических хрониках Скандии особо отмечаются эти грандиозные походы». Чем больше я узнаю северян, тем больше поражаюсь их глубочайшей связи с предками, их деяниями, будь они героическими или неприглядными. Они хранят свою историю бережно и даже слегка агрессивно, по моему мнению. «Отбитые на голову викинги» — так могут сказать те, кто не соприкасался вот с такими артефактами.

— «Архив Ветров», — кивнул Олаф на дальнюю стену, где расположилась странная инсталляция в виде сотен узких вертикальных трубок из прозрачного стекла. Внутри каждой из них под воздействием невидимой аэрации кружилась какая-то взвесь. — Это частицы пепла, земли и железной стружки с легендарных мест сражений и первых поселений.

— Необычно, — признался я, вглядываясь в круговерть серых, чёрных и серебристых частичек. Вполне возможно, что археологи насобирали нужного материала с нужных мест и привезли сюда, когда планировалось создать эту инсталляцию. — Умеете вы подать историю столь оригинальным способом.

— Нет, Андрей, мы никому ничего не собираемся подавать, — Олаф медленно отпил из бокала. — Это наша история, для наших потомков. Когда отец воссел на троне, он чуть ли не каждый день приводил нас в Зал Асов и рассказывал о величии предков, завещавших земли Севера нам, ныне живущим. Европа может сколько угодно морщиться от нашей манеры вести политику согласностратегии, принятой первыми конунгами. Дико, грубо, необузданно, требуя какого-то особого исполнения договоров. Зато у нас сейчас самые передовые технологии, интегрированные в магическое искусство. Кибернетика в сплаве с магией — тоже наша фишка.