Книга Вик Разрушитель 9, страница 189 – Валерий Гуминский

— В таком случае я не буду тебя торопить, — неожиданно для Астрид сказал он, привлёк к себе дочь, поцеловал в лоб. — Я люблю тебя, Снежная Кошка, и благодарю Одина за то, что дал мне шанс сказать это. Мне будет жаль расставаться со своей девочкой, когда она упорхнёт из родного гнезда, но неволить не буду. Не хочешь делить мужа с другими женщинами — что ж, вернёмся к варианту с Фредериком. Ладно, я пошёл. У меня скоро совещание с силовыми министрами. Надо решать вопрос с «Корсарами» окончательно и бесповоротно.

Харальд тяжело зашагал к выходу, но возле двери остановился. Лицо его стало хитрым.

— Я решил: если поймаю Тесака до твоей свадьбы, то принесу его в жертву богам.

Астрид только и смогла, что открыть рот от удивления. Король-отец умел удивлять, и порой — весьма жуткими идеями.Оставшись в одиночестве, она скрестила руки на груди и с нотками упрямства проговорила в пустоту:

— А ты, папуля, опять манипулировал мной! Знаешь же, что за Фредерика я не пойду! Но… если я соглашусь стать женой русского Антимага, мне нужно как-то налаживать отношения с принцессой Лидией. Интересно, как она отреагирует, когда я появлюсь на её личной страничке в Сетях?

4

Отдохнуть, как я мечтал, не получилось. Праздничный ужин в честь моего возвращения проводить в одиночестве не хотелось, поэтому пригласил Куана, Петровича, Эда, Виктора Олеговича и Гену Берга. Мы хорошо посидели, мужчины выпили по «несколько капель» беленькой, выслушали мой рассказ об освобождении заложников, посудачили насчёт будущего «Корсаров» и пришли к выводу, что Харальд так дело не оставит, и жить пиратам осталось совсем недолго.

Объевшийся и осоловевший от вкусной стряпни Оксаны, я поднялся в свои апартаменты, и тут же требовательно зазвонил телефон. Оказывается, обеспокоенный родитель желал поговорить со мной.

— Вернулся? — первым делом спросил он, как только услышал мой голос. — Жив-здоров?

— В полном порядке, — я развалился на диване и уставился в потолок. — Даже с медалью.

— Дядя Сергей уже похвастался, — усмехнулся князь Мамонов. — Ты молодец, сын. Хоть и дурень добрый.

— С чего это? — возмутился я.

— Позволил собой манипулировать.

— Да меня цесаревич лично за уши выдернул! Я же не мог сказать, что у меня нет желания куда-либо ехать. Ты бы императору отказал?

— В некоторых случая нужно отказывать.

— Ага, понял. Вот только наберу политический вес, как у тебя, сразу же начну нос задирать.

— Не ёрничай. Ты же понимаешь, что я хотел сказать… — отец замолчал, а потом чуть смущённо проговорил: — Ты молодец, сын. Я тобой горжусь. И не из-за медали, а за то, что нашу породу не подвёл. Заложников спас, военных от больших потерь избавил. Есть от твоего Дара польза.

— Теперь ты ёрничаешь, — парировал я.

— Ничего подобного. Главное, развивайся. Нет предела совершенству. Наслышан, сам король Харальд хочет с нами породниться?

— Да ну, он пошутил, — я хмыкнул. Дядька Сергей — язык без костей, уже поделился новостью.

— Сын, такие люди никогда не шутят, если дело касается семьи и детей. Конечно, я тоже сначала удивился и опешил от такого кульбитасо стороны короля Скандии. А потом подумал: почему бы и нет?

— Ты сейчас серьёзно? — я даже привстал. — Да ну, это не понравится Мстиславским.

— Зато мы получим гарантию, что они нам в спину не ударят, — князь Мамонов исходил из своих интересов, и почему-то до сих пор ожидал от императора «бяку». — Харальд — серьёзный союзник.