Книга Вик Разрушитель 6, страница 85 – Валерий Гуминский

После сытного и вкусного обеда Сергей Яковлевич с рюмкой коньяка переместился в гостиную и позвал меня поговорить.

— Долго я тебя стеснять не буду, — дядька как-то мгновенно переменился, подобрался,убрав веселость из голоса. — Баженов уже ищет варианты меблированных особняков. Как только оформим сделку, перееду туда и вызову семью. Твой отец дал мне четкое указание: открыть филиал банка «Ленский» в течение месяца. Будем вгрызаться в столицу.

— Неужели Мстиславские пошли на сделку? — я до конца не верил в такой вариант.

— А почему бы им отказываться, когда в пасть кладут вкусный кусок пирога? — ухмыльнулся дядька, пригубив коньяк. — Кстати, мы будем финансировать твою поездку в Венецию. Нужно только нанести на твой бронекостюм логотип кланового банка.

— Ну не знаю, — я заколебался, — как на это посмотрят устроители. Вдруг будет запрет на сторонние рекламы?

— С чего бы? Ты же в своем «скелете» выступаешь, а не чужой фирмы. Не ссы, племяш. В первую очередь думай о семье, а не о запретах. Могу подсказать, как привлечь Мстиславских. Намекни им, что готов и их прорекламировать, — князь хохотнул.

— А почему бы и нет? — я не стал возражать, признав идею весьма продуктивной и полезной. — Значит, у меня в карманах будет больше, чем двести рублей на мелкие расходы?

— Чего скромничаешь-то? Выше бери. Глава Рода приказал оформить на тебя золотую карту банка.

— «Ленский» мало известен в Европе, — охладил я энтузиазм дядьки.

— Поверь, через два месяца в нашем офисе будет очередь из крупных зарубежных банков, все захотят дружить.

— С чего бы?

— А с того, что Мстиславские крайне неохотнопускают на свою территорию не только конкурентов, но и союзников. Для нас же широко распахнули двери.

— За счет меня!

— Да, — просверлил взглядом Сергей Яковлевич и снова приложился к коньяку. — Но то было решение Главы Рода. Тяжелое, но необходимое… Слушай, племяш, я иногда не понимаю ход твоих мыслей! Согласен, поступили с тобой нехорошо, даже слишком… — он запнулся на мгновение.

— Гнусно, — подсказал я с едва уловимой мстительностью в голосе.

— Пусть будет так, — согласился родственник. — Гнусно, дерьмово. Но отец тебя не бросил, сделал все возможное, чтобы исправить ошибку. Даже пошел на сделку с императорским кланом, совсем нам не дружественным, кстати! Мы уступили им место на наших землях, и никто Главу не упрекнул, почему он так поступает. Ты слишком показательно дистанцируешься от семьи, от всех нас, и это не очень хорошо сказывается на репутации,как твоей, так и Рода. Морду-то не криви, племяш. Когда-нибудь сам поймешь, что без нее, репутации этой, тебе никто руку не подаст. Подыхать будешь, не помогут. Да еще заплюют.

Дядька опрокинул в себя остатки напитка, слегка поморщился.

— Гляжу я на Жорку, батьку твоего, и поражаюсь. Как у него хватает выдержки, чтобы твои взбрыкивания терпеть. Даже Антон живет рядом с ним, под боком, и не заикается, чтобы отделиться.

— Антон — наследник, какой ему смысл отделяться? — мрачно ответил я, сжав коленями ладони. Было неприятно слушать разглагольствования человека, сыгравшего свою маленькую, но неприятную роль в судьбе моей матери. Да, это он предупредил ее о намерениях пышущего злостью деда, после чего мама ударилась в бега. Сделал доброе дело, если смотреть с одной стороны. Ан нет, проявил слабость и трусость, хотя мог поговорить с отцом, привести его в чувство. Вон как славно сейчас поет, заслушаешься.