Книга Вик Разрушитель #5, страница 158 – Валерий Гуминский

— Интересовался, как идут дела в студии, поговорил с Мишей, который отвечает за работу, — тут же откликнулся Баженов. — Заодно проверил контракт и нашел несколько пунктов, которые можно истолковать двояко. Но так он уже подписан, то я счел нужным подготовиться к неожиданностям, если они вдруг возникнут.

— Сразу чувствуется, чья школа, — решил подбодрить я Илью. — Что ж, вам все карты в руки.

А потом изъявил желание посмотреть, как идут дела в дальней комнате, отданной под студию. Всей компанией переместились туда. Миша энергично руководилтремя монтажниками в зеленых комбинезонах, занимавшихся изоляцией стен. В отличие от грохочущей мастерской звуки шуруповертов казались легкой и ненавязчивой песенкой. Сам Миша с охоткой отчитался о ходе работ и пообещал, что через десять дней студия будет полностью готова. Можно завозить аппаратуру, настраивать ее и провести несколько тестовых записей.

На том и расстались. Берг и Баженов остались в купеческом доме, убедив меня, что сами доберутся до гостиницы. А я, немного поразмыслив, решил съездить к Гусаровым, раз уж дал обещание почаще заглядывать в гости к бабушке и дедушке. Заодно и с дядькой Борисом поговорю, чтобы он обеспечил перевозку контейнера с товарного двора прямо к мастерской. Может, удастся двух-трех мастеровых в помощь моему инженеру найти. Должны быть у Бориса Федоровича связи, не поверю, что боевое крыло Рода никогда не обращается за помощь к техникам и инженерам.

— К Гусаровым, — приказал я. — Куан, будешь Никанору дорогу показывать.

— Да, господин, — покладисто ответил наставник.

Пока «Фаэтон», порыкивая, мчался по улицам столицы, я раздумывал о словах Берга и все больше сомневался, а стоит ли овчинка выделки. Судя по размаху идей, придется серьезно вложиться, особенно в эти самые линейные двигатели. А не захотят продавать американцы? Тогда придется бросить все силы на улучшение своего «скелета» исходя из того, что окажется под рукой. До итальянского турне время еще есть, но впереди маячат очередные соревнования среди лицеев. Через месяц-другой Вадбольский начнет усиленно тренировать команду, свободного дня не будет. А пока я в полной мере вкушал свою самостоятельность, погрузившись в дела своего маленького, но гордого клана. И это нравилось мне куда больше, чем учеба в лицее.

2

— Тебя ищут, — заявил младший брат, как только Иван переступил порог дома. Он прислонился к стене, скрестив руки на груди, и смотрел, как тот устало вешает пальто на плечики, а потом прячет в гардеробном шкафу. — Сегодня приходили какие-то странные типы и разговаривали с отцом. Краем уха услышал про «Вкусняшку», где ты недавно развлекался. Предупредили, чтобы мы соблюдали осторожность.

— А что отец ответил? — Иван поглядел на себя в зеркало. Худощавый двадцатилетний парень с тонкими линиями скул и все портящей горбинкой на носу совсем не походилна злодея, который среди белого дня способен учинить подобное, как он.

— Отец сказал, что ему наплевать. Если Ванька вляпался в дерьмо, пусть сам отмывается. Он не будет тебя защищать. Передаю дословно.

Парень поморщился. Отец никогда не любил его, и это отношение стало остро проявляться с той минуты, как мальчик осознал, что у него есть родители, бабушки и дедушки, и прочая родня. С детских лет Иван слышал странные слова от родичей, что мать нагуляла его на стороне, а когда прошла инициация Дара, и вовсе открыто заговорили, что он бастард Семена Ушатого. Кто такой Семен, Ваня не знал, ему было интереснее заниматься с чародеем дядькой Кондратом всевозможными магическими штучками. И он искренне недоумевал, почему мама, отец и брат Афоня не могут создавать причудливые завихрения из пыли, повелевать потоками воздуха, поднимать легкие предметы вверх и разбрасывать их по сторонам. Из-за этого отец порол его нещадно с особой злостью.