Книга Вик Разрушитель #5, страница 84 – Валерий Гуминский

— Ты ничего не рассказываешь про свою поездку, — Лида не настаивала на продолжении, уведя интерес в другую сторону. — Как тебя приняли родичи?

— Знаешь, даже неплохо, — я присел за парту Кочубея. — Я с дедом поладил. А он, по слухам отца, еще та заноза. Вроде старейшины Булгаковых. Но с такими мне как-то привычнее.

— А вообще, как там, в Якутии?

— Зима, — я пожал плечами. — Снега много. На нартах покатался, с братьями на охоту гонял, на полигоне стреляли из оружия… Весело было. Но здесь мне привычнее.

— Я бы тоже так хотела отдохнуть, — подперла подбородок Лида и вздохнула. — Вместо этого две недели бесконечных приемов, балов, молодежных раутов. Кстати, про тебя спрашивали многие, куда ты пропал. От Миши Воронецкого тебе большой привет.

Я слышал, что старшие представители рода стараются поменьше употреблять двойную фамилию, и с чем это было связано, не понимал в силу своего возраста. Злые языки шептали, что Воронецкие никакие не Гедиминовичи, и что их род больше тяготеет к Рюриковичам, поэтому никто из многочисленной семьи не получает важные должности в столице. И действительно, насколько мне известно, княжич Михаил никогда не кичился своими родичами, большая часть которых служила в военных гарнизонах вокруг столицы. Но отец Михаила является Первым секретарем Думного Совета, правой рукой председателя Долгорукова, с чьим сыном я сразился на дуэли в первый же день учебы в «Чистых Прудах». Отсюда понятна дружба Михаила и Сашки.

— Ну и как он? — я улыбнулся. — Не поставил на уши Москву?

— Ха-ха! — запрокинула голову от смеха Лида. — Ты что, их компанию не знаешь? Они опять учудили. Сашка Долгоруков заказал для катаний тройку черных лошадей. Напоили животных шампанским, сами вырядились в Бабу Ягу, Кикимору и Лешего, ну и всю ночь колесили по городу. Все движение по Пречистенке, Кремлевской и Москворецкой набережной остановили. Сани несутся, эти балбесы орут в три глотки, детей пугают. Полиция за ними едет, просит остановиться. Как еще не убились и лошадок не покалечили!

— Артисты, — ухмыльнулся я. Неисправимая троица, от которой у родичей голова болит беспрестанно, умела будоражить Москву своими выходками.Без них, наверное, было бы скучно. — В этот раз твоя бабушка не вызывала родителей стружку с них снимать?

— Да все уже поняли, что эту компанию бесполезно останавливать, пока сами себе голову не сломают. Бабушка просто предупредила, что, если произойдет несчастный случай, виновниками которого станут их сыновья, они прямым ходом поедут в гарнизон на границе с Лапландией, где будут осваивать военную премудрость вместо учебы в столичном университете.

— Крута Ее Величество, — я не сомневался в угрозах императрицы Анастасии Павловны. Эта женщина нрава сурового, но очень много сделала для детских приютов. Благодаря ей и разработанной программе патронажа я вырвался за ограниченный круг возможностей. Не спорю, помог мой уникальный Дар. Но здесь надо понимать, что будь я тихим и неинициативным, так бы и прозябал под опекой Булгаковых.

— Ага, она такая, — поддержала мое мнение княжна, потом посмотрела на меня, склонив голову к плечу. Потом несмело спросила: — А ты поедешь в Венецию? Папа говорил, что договорится с твоим отцом. Я бы хотела выступить в парном турнире с тобой.