Книга Вик Разрушитель #4, страница 243 – Валерий Гуминский

Голова заболела от этих мыслей. Наскоро доев вкусный обед, я запил его холодным бруснично-смородиновым соком и отпросился поспать. Лететь еще долго, а смотреть в иллюминатор на укрытую снегом землю как-то не хочется.

Скинул ботинки и завалился на отцовскую кровать. В телефоне полистал старые страницы, загруженные еще в аэропорту. Увы, здесь я никак не мог подключиться к Сетям. У меня возникло подозрение, что в самолете включена «глушилка». Но для чего — непонятно. Прочитал сообщение от Анжелики. Она писала, что нашла людей, которые могут оборудовать студию звукозаписи. С ними необходимо встретиться, как только я вернусь в Москву. Парни с радостью согласились поработать на меня, однако необходимо встретиться с ними и уже окончательно решать этот вопрос.

Задумался о финансовых вливаниях. С частью денег придется расстаться, но хотелось рискнуть, чтобы понять, чего я стою, могу ли продвигать проекты, приносящие деньги. Если удастся, то в будущем этот аргумент можно выставить в качестве основного как признак самостоятельности.

Незаметно для себя под монотонный гул двигателей я впал в дремотное состояние, а потом и вовсе отключился от происходящего.

****

Ленск уже давно лежал в глубоких сугробах, но главные автомобильные артерии и тротуары хозяйственные службы города содержали в порядке, оперативно очищая их от снежных заносов. В этом году снег начал валить с середины сентября, и как будто издеваясь, словно по расписанию каждые десять дней хоть ненадолго, но густой крупой сыпал на крыши и мощеные брусчаткой улицы. А расслабляться градоначальнику никак не положено. Хозяинможет неожиданно нагрянуть в Ленск, и ему не понравится, что сугробы лежат вдоль дорог или вообще замели тротуары. Против снега в этих краях бороться сложно и муторно, но приходилось поддерживать реноме столицы золотого края — Ленска. Как-никак здесь университет с множеством иностранцев, большой аэровокзал, речной порт (сейчас скованный во льдах), множество гостиниц. Каждый день то из Маньчжурии или Китая, Кореи или Японии, а то из североамериканских штатов прилетают туристы, деловые партнеры, коммерсанты. Жизнь кипит, несмотря на пришедшую зиму.

Метели сменялись безветренными и солнечными днями, а сильные холода с тщетностью пытались загнать по домам жителей города. Привыкшие к подобным вывертам погоды, ленчане только кряхтели, прячась под капюшонами оленьих шуб и поскрипывая торбосами по жесткому снежному покрову. Густой морозный туман поднимался над крышами и стоял по несколько дней, сжимая раскинувшийся вдоль закованной в ледяной панцирь реки Ленск в своих тисках.

Мы подлетали к аэропорту Ленска в середине дня, когда туманная изморозь стала слегка рассеиваться. То и дело самолет нырял в облака, пробивал их своей тушей и, наконец, стал закладывать вираж, чтобы выйти на посадочную глиссаду. Улыбчивая якутянка, которую звали Верой, попросила нас занять места в креслах и надеть ремни безопасности. Я давно обратил внимание, насколько безмятежность Ломакина контрастировала с его нервными движениями пальцев, как будто чародей пытался легкими движениями рисовать контуры магического конструкта. Неужели чего-то опасался?

Наконец, шасси коснулись бетонки, самолет слегка подпрыгнул на ее стыках, шустро пробежал, гася скорость — и остановился.