Книга Вик Разрушитель #3, страница 111 – Валерий Гуминский

— Андрюша? Настоял? — пролепетала женщина. Ее щеки мгновенно заалели. — Вы не шутите?

— Никоим образом, княгиня, — подтвердил полковник.

— Экспертиза подтвердила наше родство?

— Да.

Аксинья Федоровна спрятала горящее лицо в ладонях и какое-то время сидела неподвижно. Плечи ее вздрагивали. Мужчины молча ждали, когда княгиня соизволит прийти в себя. Наконец, Мамонова убрала руки, но на ее лице не было видно следов слез. Женщина все-таки хорошо владела собой.

— Но как такое могло произойти? Я имею в виду, как мой сын настоял на экспертизе? — воскликнула княгиня.

— Детали мне неизвестны. Я здесь по другому поводу. Вчера ваш сын пропал вместе со своим сопровождающим. Булгаковы уже приступили к активным поискам, попросив помощи у императора. Я же хочу задать вопрос: ваш муж причастен к исчезновению Викентия?

— Так он уже несколько дней назад улетел в Ленск! — растерянно произнесла Аксинья. — Андрей пропал? Да как же так? Опять? Почему мне не дают право вернуть его в семью? Булгаковы слишком безответственно относятся к безопасности ребенка! Я буду требовать от Ее Величества снять опеку и передать это право мне до совершеннолетия сына, если уж все так рьяно исполняют закон!

«Значит, его настоящее имя Андрей, — отметил машинальную оговорку Аксиньи Федоровны Рудаков, стоя за спиной своего начальника. — А княгиня права. Булгаковы отвратительно относятся к своим обязанностям опекунов. Уже второй случай с мальчишкой. Что это, как не безалаберность и непотное безразличие к человеку, взятому в клан с условием опеки? Можно посоветовать Мамоновым упирать на этот факт и потребовать официального усыновления своего сына. О, боги, что за казуистика! Булгаковы ведь тоже понимают серьезность ситуации. Император подумает-подумает, да и отменит опеку».

— Если вы думаете, что мой муж устроил похищение собственного сына, то это глубочайшая ошибка, господа, — княгиня прижала руки к груди, а ее глаза стремительно повлажнели от слез. — Мы столькопережили за эти годы, не раз проклиная себя за собственные ошибки, но ни разу нас не посещала мысль тайно выкрасть собственного сына и спрятать его в самом глухом уголке тайги! Пятнадцать лет мучались, так еще три года спокойно пережили бы, но вернули бы мальчика в семью!

«Самое поганое, что она не врет, — размышлял Рудаков, разглядывая красивое лицо Аксиньи Федоровны с тонкими, едва наметившимися морщинками возле глаз. — И пропажа княжича может привести к серьезным клановым столкновениям. Нет, абсолютно точно Мамоновы встанут на дыбы. Как только мы покинем этот дом, князь Георгий будет тотчас же осведомлен о происшествии. А завтра или послезавтра здесь начнется такое светопреставление… Булгаковым я не завидую».

— Дайте слово, княгиня, что ваш муж или вы сами не имеете к похищению Волховского никакого отношения, — сердясь на себя от подобной эскапады, полковник поглядел на женщину. — Это требование императора, и ваше окончательное слово будет передано ему тотчас же.

— Даю слово… Ни я, ни мой муж Георгий Яковлевич ни одним своим поступком и делом не причастны к исчезновению сына, — твердо и уверенно ответила княгиня, и судя по изменившейся тональности, пришла в себя и что-то обдумывает. — А теперь я могу узнать что-либо о результатах поисков?

— К сожалению, мы не входим в оперативный штаб розыскных мероприятий, — покачал головой Кольцов. — Но могу уверить вас, Аксинья Федоровна, силы подняты немалые. Булгаковы подняли всех на ноги, чуть ли не носом землю роют. У Мстиславских государственные ресурсы, и, если они уже задействованы, Викентия отыщут.