Книга Вик Разрушитель #2, страница 48 – Валерий Гуминский

— Тебя зовут Андрей Мамонов. Ты сын князя Георгия Яковлевича, богатейшего человека на Дальнем Востоке, в Якутии, владельца ленских золотых приисков и много чего там еще… Там твой дом, откуда мне пришлось уехать вместе с тобой.

— Без отца?

— Да.

Легко ли выдержать такой удар, сродни магическому «воздушному кулаку»? Словно под дых, выбивая остатки воздуха из легких, сжимающихся от режущей боли… Я не знал, что говорить и делать, но сознание уловило: князь, золотые прииски, богатейший человек… Почему же она поступила так со мной, лишив многих благ? Сейчас проще всего обвинить Аксинью Федоровну… нет, я не могу поверить, что княгиня — моя мать.

Изящная женская рукалегко перемешала все карты на игральном столе жизни и заставила мой мозг лихорадочно искать правильный ход.

— Вы уверены, что я ваш сын?

— В тебе течет кровь Мамоновых и Гусаровых, — Аксинья Федоровна грустно улыбнулась. — И ты княжич, родившийся с сильной искрой, которую погасили с помощью шаманского обряда. Поэтому я испугалась за твою жизнь и увезла из Ленска в Новгород, спрятала от родственников… А получилось, от самой себя.

— А отец?

— Мы живем каждый своей жизнью. Я в Москве, а он в Ленске. Развода он мне не дал.

— Не знаю, что и сказать, — бормочу, совершенно уничтоженный. Мне бы обнять обретенную маму, а я думаю о другом: оброненная фраза про сильную искру заставила меня по-другому взглянуть на события шестилетней давности, когда маг Забиякин неосознанно инициировал дар Разрушителя. Я ведь и тогда подозревал что-то неладное в самом себе. Потом начались визиты странных людей, требовавших встречи со мной. Теперь стало ясно, что это были люди отца!

Решаюсь проверить догадку.

— Аксинья Федоровна, — язык не поворачивается назвать княгиню мамой. Обыкновенная и разумная осторожность перевесила: а вдруг ошибка? Да и другая причина заставляла прикусить язык. Обида. Очень сильная обида. — А те люди, приезжавшие в приют…

— Их присылал твой отец, князь Георгий Яковлевич, — кивнула женщина, подтверждая мои мысли. — Он шел по правильному следу, но ошибся в одном. Ему следовало искать не одаренного, а обычного мальчика без искры.

— Кровь…

— Закон запрещает проводить проверку биологического материала сирот на генетическом уровне до их совершеннолетия, — вздохнула княгиня. — Я воспользовалась этим законом, заставила даже себя забыть о сыне.

— А вот Булгаковы оказались умнее, — зло бросил я.

— Андрюша, — негромко произнесла Гусарова. — Ты обижен и зол на меня, я понимаю. Тебе нужно время для осмысления. Торопить не буду. Когда-нибудь мы снова поговорим об этом. И еще… если понадобятся деньги — обращайся ко мне. Я открыла банковский счет на твое имя, который станет полноценно твоим в день совершеннолетия.

Мне хотелось нагрубить, наорать на эту несчастную женщину, отказаться от этих денег. Как она не понимает, что мне нужна семья: отец, мать, братья, сестры! Все то, что есть у Светы, у всех девчонок и мальчишек моего класса!Вместо этого княгиня великодушно помогает мне со вступительным взносом на соревнования, скрывая истинные мотивы поступка! И еще денежки на счету! Я богат, ну надо же!

— Я Викентий Волховский, — с непонятным для себя злорадством ответил я. Как вредный ребенок, ей-богу! — И таковым останусь, пока вы, Аксинья Федоровна, вместе с князем Мамоновым не предъявите железные доказательства своего родства. И еще… До тех пор, пока вы не станете жить вместе, в семью не вернусь. Не хочу разрываться на две половины.