Книга От Дуная до Рейна, страница 70 – Вячеслав Киселев

Стюарт проследил за моим взглядом, опять перекрестился, пробормотав что-то на латыни, и ответил:

– Во время разговора в Кастель Гандольфо кардинал Арчетти упоминал о письме некоего доброжелателя из Амстердама, который предлагал Святому Престолу свои услуги по… кхм… кхм… по вашему устранению. Его Святейшество и я высказались против, кардинал Реццонико тоже склонялся к переговорам с вами, а кардинал Арчетти сомневался!

– И опять на первом плане проказник Джованни, – покачал я головой, – что ещё вы можете сказать про доброжелателя, может быть, слышали упоминания о нём раньше, в связи с другими обстоятельствами?

– Уверен, что нет, однако кардинал Арчетти всегда подчёркивал, что у него имеются надежные и весьма информированные источники по всей Европе. Может быть, один их них и есть этот таинственный доброжелатель?

– Понятно…, что вы можете сказать о печати и почерке?

– Это печать рыбака, которую Его Святейшество ставит своим перстнем на деловую переписку и короткие послания к пастве – бреве. На первый взгляд печать подлинная, как и почерк, хотя подделать их большого труда не составляет, если имеются оригиналы!

– Вот, вот…, если имеются оригиналы, – поднял я палец вверх, – ладно, этот вопрос требует дополнительного осмысления, ну, а теперь расскажите мне о себе и своих правах на престол…

***

Отправив кардинала под присмотром отдыхать, я решил прогуляться по многочисленным дворам замкового комплекса и вышел на улицу, где ночь уже вступила в свои права, а на чёрном, как смоль, небе сияли яркие и необычайно крупные звёзды. Стилем архитектуры Пражский Град походил на венский Хофбург, только намного превосходил его своими размерами и возрастом. Ведь, как просветил меня филолог-историк Домбровский, статус столицы Священной Римской империи Прага получила намного раньше Вены.

Итак, что мы имеем на выходе, принялся я подводить итоги последних дней. Можно считать закрытым вопрос с убийством Станислава Потоцкого, осталось только изловить и наказать кардинала Джованни Арчетти. Но это дело десятое, а вот то, что он тоже имеет связь с весьма информированным доброжелателем из Амстердама становится уже третьим звонком, за которым начинает просматриваться схема. Имеется некий, весьма информированный, господин «Х», у которого на связи три представителя внешнеполитических ведомств своих государств – Панин, фон Тальман и Арчетти (это только те, о которых мы знаем). Данные господа агентами вроде бы не являются, но вполне себе эффективно льют воду на мельницу нашего манипулятора, заодно поставляя ему «баш на баш» информацию. Ведь узнать о решении Папы на совещании в Кастель Гандольфо можно было только от одного из его участников и здесь двух мнений быть не может – это кардинал Арчетти.

Ещё у нас есть господин Голдстейн с борзым видом, мутным прошлым и отличной информированностью, бывший друг Мойши профессор Вейсгаупт, организовавший убийство сестры Иосифа и ловко ушедший от оперативников Вейсманав Ингольштадте, профессиональный стрелок с кентуккийской винтовкой, имевший возможность подстрелить меня в Мюнхене, но выбравший в качестве цели Луизу Ульрику, и неизвестный агент в Регенсбурге, весьма оперативно проинформировавший фон Тальмана о моём визите в Вену. И не забываем добавить сюда посылку с ядом из Амстердама (где возможно проживает господин Х) и вчерашнее письмо от моего Мойши из Любека, в котором он предупреждает меня о возможном покушении. Притом, что информацию об этом он получил от своих соратников по еврейской организации, к которой принадлежит Голдстейн.