Онлайн книга «Все дороги ведут в…»
|
На всё про всё, у меня ушло всего несколько минут, но стрельба вокруг кареты уже прекратилась. По ходу дела, нападающие закончились или ретировались, подумал я, снова оглядываясь вокруг. И только наткнувшись взглядом на Швабские ворота и мысленно представив траекторию пули, которая попала в Луизу, я понял, что это дело рук второго и, видимо, более мастеровитого стрелка, который перед этим ещё и отработал по лошади. Ведь убитая животина находилась в упряжке слева и достать её можно было только со стороны ворот. Группа захвата, оперативно направленная к воротам, никого там, естественно, не застала. Однако обнаруженное в одной из башен оружие, говорило знающему человеку о многом. Ведь этим оружием оказалась знаменитая в прошлом мире кентуккийская винтовка или «американский вдоводел» – длинноствольная нарезная дульнозарядная винтовка американских охотников, получившая своё прозвище от английских солдат в ходе войны за независимость. Да, здесь было над чем поразмыслить. Ведь кроме американской винтовки, очень показательным явился способорганизации покушения, который будто прочли в моих мозгах, и даже пошли ещё дальше – предусмотрев второго стрелка, которому пришлось стрелять на триста с лишним метров против солнца. Как бы сказали в прошлом мире – здесь явно работал профессионал, имеющий весьма специфическую подготовку. Снайпера с церкви и нескольких боевиков из группы отвлечения взяли живыми и даже относительно целыми, однако я сильно сомневался, что мы получим от них какую-нибудь ценную информацию. Человек, организовавший подобное нападение, явно сумеет скрыть от одноразовых наемников свою личность. А вот остальное оружие боевиков оказалось исключительно австрийским, подталкивая меня к вполне определенным выводам. Однако самым главным результатом мероприятия стало для меня понимание того, что второй стрелок мог легко снять меня в карете, но этого не сделал, а вот Луизу он точно собирался убить. Поэтому, когда я его поймаю, ему будет очень плохо и его мнимое милосердие не станет для меня причиной для проявления снисхождения. А ещё – мне нужно заканчивать с такими мероприятиями, если я собираюсь лично завершить все свои начинания. На этом моя миссия в Мюнхене была окончена, поэтому я быстро накидал коротенькое письмецо Марии Антонине, в котором заверил её в том, что никаких претензий к ней не имею, попросил позаботиться пару-тройку недель о Луизе Ульрике и сказал, что срочно убываю обратно в Регенсбург. А вместе с этим письмом передал через генерала увесистый конверт с моими предложениями для неё и курфюрста Пфальца Карла Филиппа Теодора, который находился здесь же и на днях собирался вступить на баварский престол. *** 23 августа 1774 года, Ратуша Регенсбурга, комната избирателей Рейхстага Священной Римской империи германской нации Прихрамывая и опираясь на трость, я прошел под пристальными взглядами членов Совета курфюрстов к свободному стулу и с видимым облегчением приземлился на него, а затем, плотоядно улыбнувшись, произнес по-русски: – Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались! Удивленно посмотрев на меня, архиепископ Майнцский Фридрих Карл Йозеф фон Эрталь, имперский канцлер и второе лицо в иерархии Священной Римской империи германской нации (которого я легко узнал по описанию), пожал плечами и ответил, естественно, по-немецки: |