Онлайн книга «Ход конем. Том 2»
|
Лето 1773 года Сардинское королевство встретило под рукой нового короля Виктора-Амадея Третьего, унаследовавшего своему отцу Карлу-Эммануилу Третьему, правившему долгие сорок три года. Карл-Эммануил по молодости много и достаточно успешно воевал, поучаствовав в войнах за австрийское и польское наследства, но к середине века война ему наскучила и он принялся проявлять свои таланты на дипломатическом и прочих поприщах. Да так, что даже умудрился избежать участия в предтече мировых конфликтов– Семилетней войне и ни с кем в Европе при этом не рассориться. Поэтому с 1748 года и вплоть до его кончины королевство жило в мире и относительном благополучии. Впрочем, на Сардинию, существовавшую на правах полуколонии, последнее утверждение не распространялось. Ведь, как и в испанский период, остров управлялся назначенным сверху вице-королем, а уроженцы острова шансов попасть в собственные парламент или правительство не имели, от слова совсем. Что же касается личности нового монарха, то как это часто бывает в жизни, природа на Викторе-Амадее отдохнула, не наделив даже малой толикой талантов отца. Однако ему об этом сказать было решительно некому, на беду и для него самого, и для его подданных. А все увлечения молодого короля ограничивались любовью к роскоши и военным парадам, приправленной бездумным копированием прусской муштры времен Фридриха, непомерной гордыней и алчностью. *** Освобождение Корсики от французской оккупации не прошло незамеченным на соседнем острове и запустило в Сардинском королевстве два разнонаправленных процесса, приведших в итоге к очередной перекройке политической карты Европы. Тишину на французской улице по этому поводу, помноженную на потерю ими Средиземноморского флота, Виктор-Амадей расценил, как шанс, во-первых проявить себя на военном поприще и выйти из тени отца, а во-вторых, как неплохую возможность поиметь золотых дукатов. Либо в виде налогов со своей новой провинции, либо в виде последующей компенсации от французов. Посему без тени сомнений приказал готовить десантную операцию на Корсику, которая представлялась ему легкой добычей для «победоносной» армии Сардинского королевства под его «гениальным» командованием. Ну а заморачиваться разведкой, оценкой обстановки и прочей военной рутиной он посчитал ниже своего королевского достоинства. Одновременно с этим, никому пока неизвестный тридцатилетний преподаватель юридического факультета университета Кальяри Джованни Мария Ангиой понял, что наступил момент истины для сардинского народа. Именно сейчас им следует последовать примеру корсиканцев и взять власть в свои руки. Однако в отличии от соседей, на Сардинии отсутствовали даже зачатки организованной оппозиции, а у самого Джованни Ангиоя не имелось ни опыта вооруженной борьбы, ни опыта управления государством, ни даже непререкаемогоавторитета и всеобщей известности на острове. Но разве такие мелочи могут стать препятствием для целеустремленного и уверенного в своей правоте человека. Поэтому в конце июля он оказался на Корсике, чтобы просить своего кумира Паскуале Паоли о помощи. Большого энтузиазма просьба сардинского юриста у корсиканского лидера, естественно, не вызвала. Паоли был битым жизнью человеком и давно избавился от политических иллюзий и идеализма, чтобы вот так сломя голову бросаться на помощь кому-либо, даже соседям, наживая себе врагов и рискуя только что добытой независимостью. К тому же сам он мало чем мог помочь сардинцам. Флота и армии, чтобы противостоять регулярным войскам короля Виктора-Амадея, у республики не имелось, а флот императора Скандинавии предназначался только для защиты Корсики. Миссия Джованни Ангиоя оказалась на волоске от провала, но тут в Лигурийском море хищно блеснули жерла пушек всех ЧЕТЫРЕХ сардинских фрегатов и полусотни разномастных транспортников, нанятых в Ницце для перевозки пятитысячного десанта. |