Книга Ход конем. Том 2, страница 28 – Вячеслав Киселев

– Да вот, собрался погостить в Крыму у Григория Александровича, а турки мой флот пускать через Босфор не захотели. Пришлось восстанавливать свободу судоходства в проливах, ну и заодно наказать султана, нарушившего мирные договоренности и суверенные права моряков на хождение по морям! – развел я руками, еле сдерживаясь от смеха при виде опять округлившихся от моих слов глаз Обрезкова, – Думаю Алексей Михайлович, что здесьне самое лучшее место для беседы, поэтому давайте сейчас поедем ко мне во дворец, там приведете себя в порядок, а после поговорим обо всём!

Оказавшись в Топкапы, я определил ошарашенного Обрезкова в одно из многочисленных помещений султанских покоев, а сам занялся текущими делами, которых было не перечесть. Забравшись на башню Правосудия, вначале осмотрел вместе с Лешим, который принял командование спецназом в отсутствие Пугачева, азиатскую часть города и конкретно старинную крепость Румели, расположенную на берегу Босфора, непосредственно напротив дворца, поручив готовить совместно с флотом её захват. Затем связался с адмиралом и узнал о судьбе вчерашней погони за эвакуационным кораблем, закончившейся к сожалению победой мышки, заманившей кошек, то есть мои фрегаты, в полосу штиля и сбежавшей от них на веслах, а после поставил ему задачу оперативно, но культурно, забрать из поместья на острове семью Сулейман-паши и доставить её во дворец. А ещё уточнил у маркиза де Сантильяны обстановку в Галате, прочитал депешу фон Клаузевица о ходе зачистки города и решил с десяток вопросов попроще, в том числе приказал спецназу готовиться к нашему переезду в новую резиденцию (в бывший дворец Ибрагим-паши), для которой придумал броское и точное название – Орлиное гнездо.

***

– Прошу прощения за неподобающее обращение Ваше Величество, – сразу же показал Обрезков дипломатическую закалку и выучку, едва я только вошел в выделенную ему комнату, – это не может служить оправданием, но длительное пребывание не у дел, а затем разлад дипломатической службы в связи с трагическими событиями прошлой осени и заключение в крепость, привели меня к некоторой оторванности от текущей европейской политики!

– Значит двух часов на свободе вам оказалось достаточно, чтобы вернуться в европейскую политику, похвально! – присел я на кресло, показав ему на кресло напротив.

– В этом случае Ваше Величество, достаточно уметь слышать и разговаривать с людьми! – улыбнувшись, ответил Обрезков и воспользовался моим приглашением.

– Что ж, тогда сразу перейду к делу. Я не собираюсь следовать никаким неписанным европейским правилам и сохранять эту разлагающуюся изнутри империю. Константинополь, над которым снова засияют золотые купола, будет вместе с Балканами моим. Кроме того, моя вторая армия захватила бывшуюВосточную Пруссию и всю Померанию (у меня пока не было информации от фельдмаршала Стенбока, но в успехе и другой части операции я не сомневался), так что всё Балтийское побережье от Курляндии до Дании также перейдёт под мою руку, а с Речью Посполитой мы попрощаемся навсегда, и я бы не отказался от небольшой дипломатической консультации по этому вопросу, но сейчас хочу поговорить не об этом. Меня интересует Российская империя и для начала ваша оценка сложившегося там положения!

– Эмм… признаюсь, мне неприятно говорить это, но я принес присягу императору Алексею Григорьевичу и даже будучи безмерно благодарным вам за все, что вы для меня сделали, я не вправе обсуждать такие вопросы даже с вами, Ваше Величество! – аккуратно возразил мой собеседник.