Книга Ход конем. Том 2, страница 72 – Вячеслав Киселев

Тремя неделями ранее, 10 августа 1773 года

Венская резиденция императора Священной Римской империи

Император Иосиф Второй был в бешенстве и таким его ещё не видели ни разу в жизни. Жесткий, иногда даже жестокий, правитель, он во всём, что касалось государственных дел обычно олицетворял собой саму невозмутимость, но не в этот раз.

***

Поначалу ход очередного раунда геополитического противостояния на востоке складывался довольно неожиданным, но вполне устраивающим австрийцев, образом. «Шалость» с перстнем цесаревича Павла Петровича закончилась трагично и для Екатерины Алексеевны и для самого наследника, но последующие за этим события открывали невероятные перспективы.

Воспользовавшись тем, что главный соперник по внутренним причинам на неопределенное время выбыл из гонки, император Иосиф взял под контроль Польшу, посадив на трон ручного короля, а турки поддались влиянию и вновь собрались воевать, теперь уже, с южным осколком русской империи. При этом, австрийцев устраивал любой исход боевых действий на Днестре. Турецкая армия гарантированно будет измотана и обескровлена (в прошлой войне русские показали, как могут бить численно превосходящего противника) и можно будет спокойно (угрозами и подкупом) решить с султаном вопрос по Валахии. Для чего в Трансильвании уже сосредоточили сорока тысячную армию, перебросив войска с польской границы.

С началом лета турки и поляки направили свои армии на восток и в Вене уже не сомневались, что на этот раз пасьянс сложится нужным образом, как Иосифу словно вылили ушат холодной войны на голову. Вторжение в Новороссию закончилось оглушительным фиаско на самой границе, а войска императора Юхана без объявления войны атаковали Восточную Пруссию и Варшаву, оставшиеся без серьезного прикрытия, легко захватили их и в довершение ко всему пленили польского короля Августа Четвертого и его супругу, сестру императора Марию Кристину.

По поводу обширных династических связей семейства Габсбургов даже родился афоризм «Пусть другие ведут войны! Ты, счастливая Австрия, заключай браки!». Одна из наиболее могущественных монарших династий Европы на протяжении последних трёх с лишним веков, она правила в разное время более чем десятком различных европейских государств, от Испании до Неаполя, и фактически монополизировала, формальновыборный, титул императора Священной Римской империи германской нации.

Конечно, к концу восемнадцатого века золотой век династии остался уже позади, но Вена без сомнений оставалась одним из трех центров силы на континенте, вернув себе после смерти Фридриха и падения Берлина с политического Олимпа главенствующее положение в Центральной Европе. И тут такая оплеуха в виде пленения члена огромной семейной корпорации, да ещё и от кого? От безродного парвеню, которого в виде самостоятельной политической фигуры никто доселе и не рассматривал, видя в нём лишь проект императрицы Екатерины.

Нельзя сказать, что пленение монарха или члена его семьи было совсем уж невероятным событием. Такие случаи в прошлом случались, но обычно этот акт совершался другим монархом и было сразу ясно на каких условиях будет разрешаться конфликт между двумя венценосными особами. Здесь же происходило всё наоборот. Императором Юханом в Польше и не пахло, а по прошествии более чем месяца с момента пленения никто на контакт с главой семьи не выходил и никаких требований не выдвигал, что сильно беспокоило императора Иосифа. Семья для него, как для любого истинного Габсбурга, была превыше всего.