Книга Ход конем. Том 1, страница 20 – Вячеслав Киселев

Как только появилась ясность с походом в Средиземное море, я сразу же поставил Мойше задачу по закупке лимонов и помощи моему посланнику при английском дворе во фрахте судов снабжения.

– Великолепно Густав, это вам, – положил я на стол один из перстней покойного Густава Третьего, тезки Армфельта, зная о страсти бывшего фаворита короля. Конечно, сейчас при дворе был принят стиль милитари-минимализма и появляться при мне увешанным побрякушками стало моветоном. Но коллекционировать или носить вне службы честно заработанные драгоценности никто не запрещал и я решил порадовать своего министра, как говориться – мне все равно, а человеку приятно.

Глаза барона загорелись при виде знакомого перстня и он, склонив голову, произнес:

– Рад служить моему императору!

После министр вкратце рассказал, как все прошло при дворе английского короля и о поисках лидера корсиканских повстанцев, а по окончании его рассказа я велел пригласить наших гостей. Минут через пять в дверь постучали и, получив разрешение, в каюту вошли двое невысоких мужчин.

Барон Армфельт тут же встал из-за стола и представил мне вошедших:

– Ваше Величество, Паскуале Паоли и Джакомо Кьеза!

Лидер корсиканской республики выглядел суровым, крепким дядькой лет пятидесяти с благородной сединой и тяжелым, проницательным взглядом, а его более молодой, примерно моего возраста или чуть постарше, соратник, наоборот был худощавым жгучим брюнетом с тонкими чертами лица и подвижными глазами.

Я перешел на английский и пригласил корсиканцев за стол:

– Располагайтесь господа, как говорят русские, в ногах правды нет. Густав, налейте гостям горячего!

– Благодарю вас, Ваше Величество! – ответил Паоли на хорошем английском, заинтересованно посмотрев на меня, и они прошли к столу.

Дождавшись, когда корсиканцы рассядутся и сделают по глотку глёга, я достал из папки «карту острова сокровищ», оставшуюся от Карло Буонапарте, и пододвинул её к старшему:

– Господин Паоли, вам знаком этот документ?

Не то, чтобы я сильно сомневался в личности корсиканцев, никакого смысла в подмене не было, однако «доверяй, но проверяй»,а реакцию на такой документ, оказавшийся в чужих руках, подделать было невозможно.

При взгляде на знакомую карту, глаза Паоли расширились, он закашлялся и с трудом проговорил:

– Да Ваше Величество. Могу я узнать, как это попало к вам?

– Всему свое время господин Паоли, но карту можете забрать прямо сейчас. Это ведь ваша собственность, а свое я беру только в бою, – показал я на карту и продолжил, – скажите, у вас есть мечта, только коротко?

Отведя взгляд от карты, Паоли посмотрел мне в глаза и четко произнес:

– Свобода Корсики!

– Отлично, уверен, что мы найдем общий язык по вашему вопросу, – продолжил я игру в гляделки, – но сначала ответьте мне, какие перспективы у Корсики самостоятельно получить независимость?

Отведя взгляд, Паоли подумал полминуты, поник, будто из него выпустили воздух, и медленно проговорил:

– Никаких Ваше Величество!

– Благодарю вас за неприятный, но честный ответ. Худшее, что может позволить себе вождь, это витать в облаках. Такой человек и себя погубит, что еще полбеды, и самое главное тех, кого он поведет за собой. Рад, что вы не относитесь к этой категории, – улыбнулся я, – а каковы перспективы вступления Англии в борьбу на вашей стороне, ведь это может привести к ослаблению Франции, что на руку островитянам?