Онлайн книга «Ход конем. Том 1»
|
Система сигнальных фонарей показала себя наилучшим образом и теперь даже в ночное время кильватерные колонны двигались стройно и повиновались командам адмирала. А я, наблюдая за действиями Седерстрёмапо определению нашего местоположения и прокладке курса, в очередной раз восхитился бесстрашию и интеллекту моряков парусной эпохи, у которых для ориентирования в безбрежном океане было всего лишь Солнце, звездное небо и несколько простейших приборов: компАс, секстан, хронометр и лаг. Гибралтар, или Скалу на морском сленге, мы прошли глубокой ночью одной длиннющей кильватерной колонной и, надеюсь, остались незамеченными как с испанского берега, так и с африканского, на котором находился город Сеута, принадлежащий испанцам. По расчетам адмирала, наличие и качество воды, сдобренной лимонным соком, позволяли нам дойти на пределе дальности до Тулона, если не делать крюк вокруг Сардинии и Корсики, либо придется пополнять запас воды в тунисском порту Бизерта, находящимся под рукой Османской империи, где появление неопознанного флота может вызвать массу вопросов.А начинать раньше времени войну мне было нежелательно. Поразмыслив, я приказал адмиралу брать курс на Тулон и постараться обойти общеизвестные торговые маршруты, что в Средиземном море было очень непросто, учитывая оживленное судоходство. В Атлантике мы держались в стороне от торговых путей и успешно избежали незапланированных встреч, но здесь такой фокус был практически невозможен. Поэтому я дал команду перестроить походный ордер в две колонны, а по флангам пустить быстроходные фрегаты, в виде боковых походных застав, с задачей принуждать любые суда, обнаружившие нас, заходить внутрь нашего ордера и двигаться дальше вместе с нами. Топить все подряд корабли было бы неоправданной жестокостью и потерей времени, а так они проследуют с нами до Тулона и будут отпущены с миром, когда уже будет неважно, что и кому они смогут рассказать. Выйдя из попутного течения, флот сильно потерял в скорости, а ветер, переходя от галфинда к бейдевинду, вынуждал корабли двигаться большими галсами, сводя среднюю скорость к черепашьим трем-четырем узлам. Лишь через трое суток, пройдя всего около трехсот пятидесяти миль и оказавшись на траверзе острова Ибица, мы поймали в паруса крепкий бакштаг и начали нагонять ускользающее, как песок сквозь пальцы, время. Хоть мы и неплохо, по моим прикидкам, прошли путь от Бергена до Гибралтара, меня не покидало чувство, что времени на разгильдяйство у нас практически не осталось. При хорошем раскладе до Тулона оставалось не меньше трех суток хода и еще пару суток нужно для высадки штурмовых групп, минимум километрах в двадцати от базы, марш-броска, рекогносцировки, планирования и непосредственно захвата фортов. Флот в это время будет крейсировать в море и только в установленное время подойдет к базе. На календаре в этот момент будет уже самый конец мая – срок, который указал Мойша в донесении, как срок готовности французского флота к выходу в море, а этого мы не должны допустить ни в коем случае. *** К Тулону мы подошли ровно через трое суток, двадцать шестого мая, зацепив по дороге пяток купцов, шедших различными курсами. С четырьмя купцами проблем не возникло. После подачи фрегатами установленных флажных сигналов, подкрепленных выстрелами из пушек, они послушно встроились в ордер и продолжили с нами путь, не делая резких движений. А вот с однимарабом пришлось повозиться. Мало того, что вначале он попытался удрать, но когда ему это не удалось, вдруг решил принять бой против двух тридцати шести пушечных фрегатов и все это на фоне армады из полусотни линейных кораблей, по сравнению с которыми торговец выглядел, как моська против слона. |