Книга Северный Альянс, страница 46 – Вячеслав Киселев

***

На следующий день Вейсман отправился на разведку, амы с Софи поехали во Франкфурт посмотреть на собор Святого Варфоломея.

– Иван, как прошла беседа с протеже барона фон Эсторфа! – сразу, как только карета тронулась, принялась расспрашивать меня принцесса, сев рядом со мной и взяв меня за руку.

Мы, конечно, виделись во дворце Вильгельма, но я категорически запретил вести разговоры о наших делах в местах, где не гарантируется отсутствие прослушки. Вдохнув восхитительный аромат, исходивший от ее волос, я начал рассказывать:

– Представляешь, оказывается делами у них заправляет еврейский финансист из франкфуртского гетто. Я предложил ему выгодное дело, как предлог, для последующего посещения, а сейчас мои парни проводят предварительную разведку на месте. Как будет больше информации, начнем планировать операцию. Кстати, ты осведомлена о планах матушки, сколько еще она собирается гостить у Вильгельма?

– Мы об этом не говорили, но она никуда не спешит и меньше недели здесь точно не пробудет. А что?

– Хорошо, будет время подготовиться, а наш отъезд будет прикрытием для начала операции, чтобы никто не связал нас и происшествие во Франкфурте. Поэтому, после выезда из Ханау, мне придется вас покинуть. Сможешь придумать какой-нибудь благовидный предлог?

Пообещав подумать над этим вопросом, Софи в шутку попеняла мне за то, что я не оценил ее новый наряд, и принялась рассказывать о соборе Святого Варфоломея.

***

По словам вернувшегося вечером Вейсмана, гетто представляло собой жуткое зрелище, а его описание сразу напомнило мне знаменитые бразильские фавеллы, которые не раз показывали по ящику, только без гор. В противоположность этому, дом Мойши сразу выделялся на фоне окружающих построек не только опрятностью, но и дерзкой вывеской «М.А. Ротшильд. Официальный придворный торговый агент Его Величества Принца Гессенского». Интересно, подумал я, принц Вильгельм знает о существовании своего агента.

Банкир быстро обслужил Вейсмана, пришедшего к нему обменять прусские рейхсталеры на английские фунты, а также предложил посмотреть красочные каталоги старинных монет и орденов, которыми, по словам Вейсмана, Мойша очень гордился. Вокругдома осмотреться почти не удалось, практически сплошная застройка и множество детей, чьи головы торчали из каждой подворотни и дыры в заборе, не оставляли на это шансов. А вот семью Мойши, состоящую из молоденькой беременной жены срисовать удалось.

Что дает нам эта информация? В общем то, ничего нового. То, что у Мойши, в отличии от других обитателей гетто, водятся деньги и так было понятно. Ничего подозрительного Вейсман не обнаружил, но это тоже ни о чем не говорит. Он парень, конечно, головастый и хваткий, но опыта у него еще маловато. Да и мир таких сообществ всегда очень своеобразен и постороннему человеку сложно там увидеть то, что ему не хотят показать. Зато местные обитатели сразу просекают, если чужак делает что-то не так.

Следующие несколько дней ничего интересного не происходило. Особой подготовки для нашей операции не требовалось, только ночью разведали подходы к гетто, находящемуся на окраине Франкфурта, со стороны леса. А я сумел аккуратно выудить у будущей тещи информацию о дате отъезда, и накануне вечером отправился проведать Мойшу. Не сказать, чтобы в моей персональной поездке была обязательная необходимость, но привычка все контролировать лично была вбита в меня намертво.