Книга Северный Альянс, страница 57 – Вячеслав Киселев

Все это время я продолжал размышлять над словами «сын Моисея» и вдруг мне в голову пришла мысль, которая могла прийти только к человеку знакомому с историей образования государства Израиль. Какая конечная цель может быть у еврейского народа вообще и у его тайной организации в частности? Естественно возвращение под свою власть Святой земли и Иерусалима. Все остальное это шлак, промежуточные этапы. А как тогда может называться эта организация, если слова «сын Моисея» перевести во множественное число, конечно «Дети Моисея». Базируясь на этом предположении, я и надиктовал Вейсману несуществующие показания одного из участников их тайной организации, которого мы якобы взяли и раскололи.

По мере прочтения текста, Мойша бледнел и покрывался испариной, а в конце, даже забылся и с трудом сглотнув комв горле, просто спросил:

– Откуда у вас это?

– Это неважно, господин Ротшильд. Главное, что это правда, которую вы пытались от меня скрыть. Хотя здесь я могу вас понять, все-таки многовековая мечта иудейского народа на кону. Я даже не собираюсь угрожать вам пытками и смертью, какой в этом смысл, я и так все знаю. Скажу вам больше, я не враг вашему народу и мне все равно, возьмете вы власть над Иерусалимом или нет. Но! Я могу вам помочь, если мы сможем договориться. Подумайте пока, а как я вернусь из Швеции обсудим этот вопрос еще раз!

***

Настроение перед отплытием у меня было отличное, но особенно меня порадовала моя ненаглядная, когда крепко поцеловав меня, спокойно погладила аккуратный, чуть округлившийся, животик и спокойно сказала:

– Возвращайся скорее мой король, мы будем ждать!

Никаких соплей. Даже не стала проситься со мной и вспоминать про Густава. Конечно, с Софией в команде мне было бы намного легче, ведь там был ее дом, но рисковать их жизнями я не собирался и отмел этот вариант в сторону сразу. А насчет Густава, в ночь перед отплытием, я честно ей сказал, что никакого, даже приблизительного, плана у меня нет и я буду действовать по обстоятельствам. Хотя скорее всего, этот выезд будет, так сказать, ознакомительным. А там, как бог даст!

Не смотря на напряженную работу над паровозом, не забывал Гном и о перевооружении армии. Получив в конце января 1772 года лабораторную гремучую ртуть, он поручил своей команде, в которой уже было достаточно талантливых инженеров и химиков, работу над технологическим процессом промышленного производства гремучей ртути и капсюлей в целом, а сам вплотную занялся новым оружием.

Как ни странно, но долгие размышления привели его к мысли, что в области артиллерии почти ничего менять не потребуется. Новые орудия и так превосходили в дальнобойности все существующие системы, а переход на казнозарядность и нарезные стволы, приведет только к усложнению конструкции и удорожанию производства. Зачем, когда можно сразу перейти на оперенные снаряды, по типу применяемых в танковых гладкоствольных пушках или минометных мин. Когда у вас типовая цель группа пехоты или кавалерии на открытой местности, особенная точность стрельбы не требуется, поэтому можно обойтись простым литьем, не заморачиваясь с металлообработкой. Нужен массовый дешевый снаряд с дальностью стрельбы 3-5 километров, в картечном и фугасном снаряжении с дистанционными трубками и никаких хитроумных взрывателей. А для самих орудий необходимо разработать только новый металлический лафет и механизм вертикального наведения.