Книга Судный день, страница 157 – Стив Кавана

Чандлер откинулся на спинку кожаного кресла и, задрав подбородок к потолку, стал покачиваться из стороны в сторону, взвешивая свое решение. Кейт сглотнула и замерла, сцепив перед собой пальцы. Она нуждалась в этом, чтобы двигаться дальше намеченным курсом. На суде бывают моменты, когда все держится буквально на лезвии тонкого ножа. Это был один из таких моментов.

– Я разрешаю задать эти два вопроса, но потом вам нужно будет двигаться дальше, – наконец объявил Чандлер.

Кейт кивнула и повернулась к свидетельнице:

– Так какова была причина смерти Коди Уоррена и Бетти Магуайр, насколько вам удалось установить?

– Оба были убиты выстрелами в голову из малокалиберного пистолета.

– И последний вопрос на данную тему. На момент смерти мистера Уоррена и мисс Магуайр они представляли обвиняемого по этому делу, Энди Дюбуа, верно?

– Верно, – сказала мисс Прайс.

– Спасибо за честный ответ. Хотя обождите всего лишь минутку, пожалуйста…

Кейт кивнула, отвернулась и начала перебирать какие-то бумаги на столе защиты. Заранее подготовив свою следующую серию вопросов, она тщательно отредактировала их, отработала перед зеркалом в отеле и заучила наизусть. Ей не требовалось заглядывать в свои записи. Кейт просто тянула время. Время, в течение которого присяжные могли как следует подумать над последним ответом Прайс. Они должны были сами провести связь между ненавистью Корна к Коди Уоррену, убийством Уоррена и Бетти и участием обоих в защите интересов Энди Дюбуа. Для некоторых из присяжных подобный прицел мог оказаться чересчур дальним, но кое-кто из них все-таки должен был уже понемногу задумываться. Кейт продержалась так долго, как только могла, переворачивая страницы на столе, казалось, несколько бесконечных минут. На самом деле даже меньше тридцати секунд, но этого оказалось вполне достаточно. Когда Кейт повернулась к трибуне жюри, Тейлор Эйвери потирал подбородок, а его взгляд был устремлен куда-то вдаль. Он явно размышлял.

– Мисс Прайс, в вашем отчете о вскрытии Скайлар Эдвардс отсутствуют какие-либо упоминания о синяках и рассечениях кожи на голове и лице у жертвы, верно?

– Мне это показалось несущественным. Хотя я все-таки упомянула о подобных повреждениях, в общем и целом, – ответила Прайс.

– То есть эти раны и кровоподтеки вы заметили, но не стали уточнять их местоположение и внешний вид в своем отчете?

– Да. Они явно не имели существенного значения для определения причины смерти.

У Кейт пересохло в горле. Во рту тоже. Она облизнула губы и подумала, стоит ли задавать следующий вопрос. Она не знала, что скажет Прайс, что всегда было опасно. Но все-таки очертя голову решилась.

– Не имелось ли у этих ран у нее на лбу какого-либо характерного рисунка, который мог бы навести на мысли касательно того, что могло их оставить?

Ключевые слова наконец прозвучали. И Прайс надолго задумалась. Кейт понятия не имела, что произойдет дальше. У нее не было никаких доказательств, которые можно было бы предъявить Прайс, так что она целиком и полностью находилась во власти предстоящего ответа, каким бы тот ни был. Дожидаясь его, Кейт отошла на несколько шагов от свидетельского места, так что стол обвинения оказался прямо у нее перед глазами. И увидела, как Вингфилд поспешно стащил с пальца золотое кольцо и убрал его в карман.