Онлайн книга «Судный день»
|
У меня уже было время поразмыслить об этом, и, по-моему, все-таки оставалось узенькое окошко для атаки. Ключом тут был сам Энди. Он сказал мне, что копы избили его до потери сознания. И я поверил ему. Улики, обнаруженные нами за последние несколько дней, уже складывались у меня в голове в единую картину. Отдельные фрагменты постепенно срастались друг с другом. Теперь пришло время собрать их все воедино. Собравшись с духом, я забил первый гвоздь: – Доктор Банбери, я прав в своем утверждении, что департамент шерифа предоставил вам сразу два объекта для изучения? – Да. Два объекта, зарегистрированных в качестве вещественных доказательств. Обрезки ногтей и мазок с образцом ДНК обвиняемого. – Каким образом вам были предоставлены эти вещественные доказательства? – Шериф, упокой Господи его душу, лично привез их в окружную лабораторию, где я подписала сохранную расписку о передаче их под мою ответственность. – Как долго вы работаете экспертом по ДНК в округе? – Уже пятнадцать лет. – На протяжении столь длительного периода времени у вас сложились хорошие рабочие отношения с правоохранительными органами? – Можно сказать и так, да. – Какой объект вы изучили в первую очередь? – Обрезки ногтей жертвы. – Вы исследовали материал, оставшийся под ногтями, верно? – Верно. Меня поставили в известность, что у обвиняемого на спине имелись царапины, которые могли быть следами ногтей, и моей задачей было проверить, нет ли следов его кожи, крови или ДНК в материале под ногтями жертвы. – Понятно. На этих ногтях был обнаружен какой-либо иной материал, помимо генетического? – Да, кое-какие химические соединения. Мне стало известно, что жертва изучала химию на последнем курсе Алабамского университета. Поэтому я предполагаю, что она могла контактировать с самыми разными веществами. – Не могли бы вы зачитать список материалов, которые обнаружили на обрезках ногтей и которые не относились к генетическим? Банбери посмотрела на судью. – Могу я свериться со своим отчетом? – Можете. Это свидетельские показания, а не проверка памяти, – ответил судья Чандлер. Из кармана своего желтого пиджака Банбери достала очки для чтения в тонкой металлической оправе, водрузила их на нос и обратилась к своему отчету, который держала в пластиковой папке. Пролистнула пару страниц, а затем нашла нужный абзац и принялась зачитывать: – «Изучив обрезки ногтей, представленные мне в запечатанном пакете для улик с маркировкой СЛ-12, я обнаружила следующее: кровь, частицы кожи, общий мусор, следовые количества порошка. В составе этого порошка были обнаружены частицы антихолинергического средства (четыре части), сертралина (одна часть), сульфата морфина (четыре части), фенотиазина (скорее всего, прохлорперазина, одна часть)». – Сертралин – это ведь лекарство, не так ли, доктор? Противотревожное средство, обычно называемое золофт? – Да, это так. – Вот эти три остальных соединения, которые вы обнаружили, – давайте рассмотрим каждое из них. Упомянутое антихолинергическое средство – это тоже лекарство, насколько я понимаю? Оно используется в качестве действующего вещества в бенадриле [58]– миорелаксанте, помогающем при спазмах желудка? – Да. – Сульфат морфина можно принимать в виде таблеток, чтобы облегчить боль? – Да. – И последнее вещество, прохлорперазин, является в том числе и противорвотным средством. Оно может помочь справиться с тошнотой? |