Книга Пятьдесят на пятьдесят, страница 29 – Стив Кавана

– Ладно, берите продукты. Увидимся наверху. А мне пока что надо кое-что уладить с этим парнем, – сказала Харпер.

София выполнила ее просьбу, и мы с Харпер проследили, как она заходит внутрь.

– Неважнецки она выглядит, – заметила Харпер.

– Она только что потеряла отца.

– Я просто хочу проследить за ней пару-тройку часов, помочь ей прийти в себя. Убедиться, что всё с ней в порядке. Наверняка она испытывает какую-то эмоциональную боль, если занимается членовредительством.

– Психиатр провел ее полное обследование перед выпиской. Он не думает, что она представляет опасность для самой себя. Я хочу, чтобы ты тоже в этом убедилась. В подробности особо не вдавайся – постарайся просто понять ее. Нам нужно знать, способна ли она продержаться в суде.

– Попробую вытащить ее из скорлупы, насколько смогу. Можно и самим понемногу приступить к делу, пока окружной прокурор разгребает собственное дерьмо.

– Согласен, но спешить некуда. Полиция Нью-Йорка не станет разглашать сведения об осмотре места преступления еще как минимум неделю. Посмотрим, что ты у нее добудешь. Она уверяет, что невиновна, и на данный момент я ей верю.

Харпер приподняла бровь:

– А я вот пока не определилась. Дам тебе знать, что думаю, немного погодя.

– Просто будь с ней помягче. Поужинайте, поболтайте… Уложи ее спать, а потом можешь уходить.

Некогда Харпер была одним из самых талантливых агентов ФБР. Вообще-то даже слишком талантливым. Наверное, как раз по этой причине вместе со своим напарником Джо Вашингтоном ушла в частный сектор и теперь была основным из привлекаемых мной независимых следователей. Мы с ней очень через многое прошли, и я доверял ее суждениям.

Войдя в дом, мы поднялись на лифте на этаж Софии. Дверь в ее квартиру была приоткрыта. Харпер постучала и широко распахнула ее.

Квартира Софии, оформленная в бежевых и кремовых тонах, оказалась куда больше любой, которую я мог бы себе позволить. Пакет с продуктами лежал на кухонной стойке. София стояла у кофейного столика, уставившись на шахматную доску.

– Я не играю, – сразу же предупредила Харпер.

– Вообще-то я тоже. С некоторых пор. Послушайте, я не собираюсь делать никаких глупостей.

– Вот и прекрасно. Харпер наверняка захочет немного с вами поговорить. Узнать кое-какую предысторию. Если мы собираемся защищать вас, нам нужно знать, что вы из себя представляете, чтобы мы могли представить этого человека присяжным, – сказал я.

София кивнула:

– Я просто сама не своя от конфет и старых черно-белых фильмов.

– Ну вот, уже в чем-то мы едины, – отозвалась Харпер, мягко подталкивая меня к двери.

В кармане моего пиджака загудел телефон. Я глянул на высветившийся номер. Звонили из офиса окружного прокурора.

– Прошу прощения, мне надо ответить на звонок. Увидимся завтра вечером на проводах Гарри, но вечерком позвони мне, чтобы я был в курсе.

Харпер пообещала, что да, обязательно позвонит.

Затем я повернулся к Софии:

– Просто постарайтесь не нервничать. Все будет хорошо. Если здесь появятся журналисты или кто-то из них попытается дозвониться до вас, не разговаривайте с ними.

– Не буду. Наверное, потом я ненадолго выйду прогуляться. Надену бейсболку и худи, прикроюсь капюшоном. И буду смотреть в землю. Спасибо, мистер Флинн.

– Зовите меня просто Эдди, – сказал я, выходя из квартиры, после чего ответил на звонок.