Книга Пятьдесят на пятьдесят, страница 98 – Стив Кавана

– Главное при проверке на полиграфе – это справляться со стрессом, чтобы избежать ложных срабатываний. Некоторые возбудимые от природы люди могут исказить результаты – итоговые данные не позволяют отличить нервного человека от лжеца. Посмотрим. Она готова как никогда. Завтра очень важный день. Мне только что звонили из полиции. Завтра вечером нас пустят в дом Авеллино, чтобы мы осмотрели место преступления.

– Отлично, – оживился Гарри.

– Осмотр будет совместным. Но только для адвокатов и их помощников. Никаких обсуждений дела в доме – окружной прокурор все записывает на видео.

– Он очень осторожен, – заметил я.

– А ты бы не был на его месте? Это просто чудовищное дело. Последнее, что ему нужно, – это чтобы одна из сторон нарушила обстановку на месте преступления или, что еще хуже, подбросила что-то, что может скомпрометировать другую. Адвокат Александры имеет право ознакомиться с видеозаписью нашего осмотра, и наоборот. По крайней мере, мы сможем понять, на чем они сосредоточились. Не исключено, что это позволит нам заранее подготовиться.

– Кейт Брукс наверняка считает так же, – заметил я.

– Я уже подумала об этом, – сказала Харпер. На плече у нее висел рюкзак. Она сняла его и протянула Гарри большую видеокамеру с широким объективом.

– Если нам понадобится что-то заснять незаметно для окружного прокурора, тогда мы разделимся. Гарри пускай светит эту камеру, а мы воспользуемся нашими телефонами. Оператор не сможет сопровождать сразу троих, – сказала она.

– Я люблю тебя, Харпер! – непроизвольно воскликнул я – и тут же об этом пожалел. Выглядело это как-то легкомысленно. Вообще-то я хотел сказать, что считаю ее самой умной из всех присутствующих в этой комнате. Но прозвучало это неправильно. Прозвучало так, будто подразумевало что-то совсем другое.

– Я хотел сказать, э-э…

– Так кто там у нас, говоришь, эксперт по волосам? – сменила тему Харпер, не обращая внимания на мое смущение.

– Профессор Шандлер, – подсказал Гарри.

Харпер покачала головой:

– Черт… Это реально профи. Насколько мне известно, к нему не подкопаешься, хотя я проверю еще разок.

Анализ образцов волос уже не раз становился предметом критики в апелляционных судах, и нескольких экспертов в этой области официально признали виновными в неправомерных приговорах. Поскольку их репутация пошла коту под хвост, то абсолютно все дела, над которыми они работали, стали объектом пристального внимания и подверглись пересмотру. Оставалось надеяться на то, что эксперт обвинения тоже окажется из этой компании. Харпер хорошо подготовилась – могла назвать любого спеца по волосяным волокнам на Восточном побережье, когда-либо облажавшегося на суде. Шандлер в их число не входил.

Харпер достала из сумки лэптоп и присела на диван рядом с Гарри.

– У него есть веб-сайт, – сообщила она. – С целой кучей статей о его работе. У него отличная репутация. Он один из ведущих экспертов-криминалистов по волосяным волокнам в стране. Помогал проектировать лабораторию судебной экспертизы для спектрометрического анализа в Куантико[24]. По сути, своими руками построил лабораторию Бюро. Мы в жизни не накопаем на него никакого компромата – он настоящий специалист.

Я допил кофе, но вместо того, чтобы потянуться к кофейнику за новой порцией, взялся за бутылку скотча. Отвинтил крышечку. Начал наклонять бутылку, чтобы налить немного себе в чашку. Янтарная жидкость докатилась до горлышка, и я остановился. Клиника, в которой я в свое время лечился от алкоголизма, казалась далеким воспоминанием. Теперь я мог пить в умеренных количествах, но всегда оставалась вероятность того, что когда-нибудь я налью себе виски, да так никогда и не остановлюсь. Я встал, с улыбкой на лице опять наполнил стакан Гарри и поставил бутылку обратно на стол.