Книга Мрак наваждения, страница 148 – Чжу Минчуань

– Чэнь Путянь, сегодня мне нужно будет кое-что тебе сказать. Я подожду твоего возвращения.

– Аренду мне хочешь пересчитать или что? – спросил я.

– Не беспокойся о деньгах, – прошептала мне на ухо Чэнь И.

Раньше Ян Кэ частенько давил на меня с помощью денег, но теперь, когда мне на выручку готова были прийти Чэнь И, он, кажется, стал бессилен. Ян Кэ равнодушно сказал:

– Просто не забудь вернуться пораньше.

Но, к сожалению, тот разговор так и не состоялся, потому что потом произошло столько событий; Ян Кэ так и не сказал мне, чем он хотел со мной поделиться.

В тот вечер на мероприятие пришло очень много людей, и у нас с Ян Кэ совсем не было времени на разговоры, не говоря уже о том, что мы тайно искали Чжан Цици, из-за чего каждый из нас блуждал по залу: Ян Кэ ногами, а я – глазами. Чэнь И заметила, как я глазею по сторонам, и подумала, что я ищу Ян Кэ. Решив мне помочь, она вдруг указала пальцем в отдаленный угол зала:

– Тот, кого ты ищешь, там.

Когда я собирался ей все объяснить, сзади кто-то окликнул меня по имени и похлопал меня по плечу:

– А вы тут какими судьбами?

Обернувшись, я был вне себя от радости. Я никак не ожидал, что человеком, похлопавшим меня по плечу, окажется мой профессор У. Профессор вернулся в Наньнин, чтобы принять участие в конференции в качестве приглашенного эксперта и заодно навестить семью старшего брата. Мы с ним давно не виделись. После того как мы обменялись приветствиями, он поблагодарил меня за то, что я вылечил внука его брата, У Ганъи.

– Несколько дней назад Ганъи наказал, чтобы дядюшка передал доктору Чэню большое спасибо, – весело хохотнул профессор У. По его задорному тону было понятно, что результаты лечения были хорошими.

Я редко встречался со своим университетским наставником, поэтому я не преминул рассказать ему о старом сотруднике больницы Циншань – Су Вэне. Соблюдая профессиональную этику, я не стал раскрывать имя пациента, а просто сказал ему, что столкнулся с тяжелым случаем и что наша больница еще не приняла этого пациента на лечение. Так как у меня не было на руках ни результатов обследований, ни иных данных для ознакомления, профессор У, рационально проанализировав имеющуюся информацию, предположил, что возникновение конфабулеза возможно. В настоящее время лучшей методикой лечения данного заболевания является госпитализация пациента с последующим назначением ему суггестотерапии.

Суггестотерапия, или суггестивная терапия, заключается в устранении триггеров, которые могут стимулировать конфабулез больного путем внушения определенных установок. В то же время пациенту необходимо вести дневник, и врач должен побудить его записывать туда то, как больной провел день, детально описывать, что он ел, сколько раз ходил в туалет, с кем общался и все такое. Это делается для укрепления памяти и ослабления триггерной стимуляции. Таким образом, пациент будет самостоятельно постоянно вспоминать события из недавнего прошлого и с помощью этого сможет «разморозить» свои воспоминания. Суггестивная терапия требует долгосрочных усилий, и без госпитализации она может дать совершенно обратный эффект.

Осмотрительный профессор У напомнил нам, что у нас сейчас не консилиум и предложенная им суггестотерапия – это всего лишь рекомендация. Мы все профессионалы, и я прекрасно понял, какую мысль он хотел донести. Я сказал, что этого больного еще даже не госпитализировали и самое большее, что я могу для него сделать, – это предложить ему тот или иной вариант лечения. Однако я жаждал разузнать, может ли конфабулез носить групповой характер или быть заразителен. Раз Чжан Цици и Гуань Инь, как и Су Вэнь, упоминали о расколотой луне, то могли бы они вспомнить о крокодилах? Но профессору У уже надо было выходить на сцену. Он попросил меня никуда не уходить – профессор должен был еще многое мне сказать.