Онлайн книга «Отсроченный платёж»
|
– Слушай, – заговорила вдруг Вика, – я вот иногда думаю, почему сейчас вот так уже не строят? Ну погляди, как красиво! Ведь не просто дверь, а с резьбой, коваными ручками, вставками… Какие-то завитушки, узорчики, фигурки… – Барельефы. – Что? – Я говорю барельефы. Ты есть не хочешь? – Да нет пока, перекусила круассаном. Пойдем гулять? Знаешь Шатов, я себя так уже целую вечность не чувствовала! Так красиво вокруг! – Вика взяла его под руку. – Конечно, пойдём, – улыбнулся Марк, – один момент! Он забрал у Вики стаканчик, положил его в пакет и отправил всё в мусорный контейнер. – Куда хочет моя королева? Я готов. – А королева не знает, ей с королём везде хорошо! – они снова поцеловались, но на этот раз Марк затянул поцелуй, обняв жену за талию. Он вновь ощутил волнение во всём теле, почувствовал, как наливается тяжестью низ живота и затихает шум площади. Вика смущённо прервала этот карнавал нахлынувших на Шатова чувств: – Развратник! – рассмеялась она, поправляя макияж. – Кстати! – Шатов поднял вверх палец. – Предлагаю начать прогулку с посещения дома главного развратника в истории. Дом Казановы здесь в нескольких кварталах! Колокол на колокольне собора Святого Марка пробил полдень, и тотчас со всех сторон на Марка с Викой полились звуки. Казалось, что одновременно проснулись звонари всех монастырей, часовен, костёлов и базилик, которых в этом городе было не сосчитать. Находясь на площади Сен Марко, было невозможно определить, откуда слышен звук. С минуту они стояли, задрав головы вверх, и отчего-то смеялись беззвучным от колокольного звона смехом. Стихло всё так же внезапно, как началось, и площадь зажила привычной своей жизнью, опять стала слышна речь на всех языках мира, у входа в бар Флориан вновь заиграл саксофонист, слышался звон раскладываемой официантами посуды, до неприличия громко ворковали знаменитые на весь мир венецианские голуби, деловито выхаживая по мостовой и ничуть не боясь людей. Вика разглядывала огромный фасад собора. Его массивное тело доминировало над огромных размеров площадью, но вместе с тем, было изящно и легковесно, и это казалось невероятным! – Нет, такой красоты сейчас не строят! – Рощин бы с тобой не согласился, – усмехнулся Марк. А вообще, ты должна понимать, что раньше тоже не все так строили, а только короли и дожи. – Ага. Но сейчас так и президенты не строят. Всё однотипное и для широкого потребления. Я иногда думаю, что на раскопках будут находить лет через пятьсот? Выкапывать хрущёвки или двадцатиэтажки сегмента «лакшери»? – Даже и не знаю. – Нет, ну правда! Помнишь первую нашу поездку за границу? – Прага? – Да, Прага. Мы тогда ещё на экскурсию ездили, в замок. Как сейчас помню, Кёнигштайн. – Тоже помню, на горе вроде стоит? – Точно, на горе. Знаешь, у меня в голове целая революция произошла тогда. Мы ведь как привыкли? Рассуждаем о людях, живших в Средневековье, как-то свысока. Усмехаемся, глядя на их оружие, считаем их примитивными, даже определение «средневековье» – это синоним чего-то отсталого, простого и архаичного. И тут нас привозят в крепость, которой, на минуточку, почти восемьсот лет! И она в таком состоянии, как будто ей лет тридцать, не больше! А построена простейшими инструментами и на горе, которая высотой двести сорок метров над уровнем моря. |