Книга Странная смерть Эдика Мохова, страница 131 – Инна Балтийская

– Догадываюсь. – Он смачно сплюнул на землю. – Думаете, о дневнике мне не доложили? Она что-то нашла и – нет чтобы в полицию бежать – начала на базаре трепаться. Такая же дура, как все бабы!

– И как она убита? – как можно небрежнее спросила я, но он сразу учуял подвох.

– Вы еще скажите, что меня подозреваете! – Его ухмылка снова была похожа на оскал, и мне тоже показалось, что изо рта вот-вот закапает пена. – Узнаем сейчас, как убита. Но что по вашей вине, я и не сомневаюсь.

– И в чем же моя вина? – Я тоже начала злиться. – Что писала книгу о лапинском маньяке?

– Что подзуживала ее все время! – рявкнул он, провожая глазами оперативников, вместе с Рихардом входящих в дом. – Нет бы успокоить, что маньяк сидит, брат отомщен – вы все зудели, как навозная муха! Вот она и начала поиски, вот и нарвалась.

– То есть на самом деле сидит вовсе не маньяк? – я пошла вразнос. – Если бы посадили того, кого надо, Анна хоть сто дневников могла отыскать – никто бы ее не тронул!

Он лишь зыркнул на меня налитыми кровью глазами, резко развернулся и пошел к дому.

Мы с Рихардом пили чай за квадратным столиком в маленьком ресторанчике захолустного лапинского отеля. Дом Моховых опечатали как место преступления, и остановиться там на ночлег нам, разумеется, никто бы не позволил. Так что пришлось снимать два номера в крошечном отельчике, где тараканы шли дополнительной услугой.

Анну нашли задушенной в ее любимой кухне, на столе стояла одна большая чашка недопитого чая и тарелка с двумя коржиками, купленными днем на местном базаре. Остальная посуда была тщательно вымыта и кое-как запихнута в кухонный шкафчик. Принятых звонков на ее телефоне было много, но кого из звонивших Анна могла без опаски впустить в дом?

– Хозяйка готовилась ко сну, пила чай с булочками, и в это время в калитку постучали? – размышляла я вслух, сидя в номере Рихарда на неудобном деревянном стуле и пытаясь принять хотя бы относительно удобную позу. – Или позвонили по телефону и она пошла открывать? А что дальше? Как вы думаете, вошедший сразу напал на нее или они прошли на кухню, выпили вместе чайку, поболтали?

– А смысл сразу нападать? – Сидящий на кровати Рихард в недоумении покрутил головой. – Основную угрозу представляла не Анна, а найденный ею дневник! Человек пришел, чтобы его забрать, он не мог убить хозяйку, не узнав, где спрятана важная улика.

– Значит, хоть немного, но им пришлось поговорить, – согласилась я. – Но ведь дневник Анна отдать ему не могла, его просто не было. Получается, убийца должен был обыскать дом?

– Должен. Но в доме ничего не искали, – возразил Рихард. – Конечно, можно предположить, что маньяк еще и на порядке помешан, все листочки, ручки, карандаши и прочее бесконечное барахло сложил обратно, как было. Но вряд ли. Скорее всего, перед смертью Анна призналась ему, что никакого дневника не существует.

– Она не понимала, что подписывает себе приговор? – Я невольно поежилась.

Дознаватель лишь вздохнул:

– Понимала, и что? Раскрыв себя, он убил бы ее в любом случае, еще и пытал бы перед этим. Не все готовы играть в партизан на допросе.

Это я прекрасно понимала. Но как она могла в одиночку начать рискованную игру, зная, что нервы ни к черту? Она ждала своего часа 20 лет, почему не подождала еще неделю? Мои печальные размышления перебил телефонный звонок, в трубке всхлипывала Вера: