Книга Странная смерть Эдика Мохова, страница 50 – Инна Балтийская

– Да ну ее, какая там подруга! – Девочка еще сильнее скривила симпатичный носик. – Нас Надь Пална за одну парту посадила, велела дружить! А чего я ей, нанималась? Я с Тошей дружу, вот она классная! А Танька или о сладостях, или о куклах всегда болтала.

– Варюша, не надо так, – слегка нахмурилась ее мать, но девочка лишь раздраженно фыркнула в ответ.

– А кто же с Таней дружил? – уточнила я.

– Толстуха Натка с ней дружила, – презрительно бросила девочка. – Вот им вместе классно было, обе жрали, как хомячки. – Она невольно хихикнула. – Только Натка в школу сегодня не пошла. Я слышала, как ее мама с Надь Палной по телефону говорила, что толстуха ревет два дня, в школу идти отказывается. И все просит маму пойти с ней Танюху искать.

Мы с Георгием растерянно переглянулись. Надо бы поговорить с Натой… но как это сделать, если ребенок так расстроен?

– А у тебя есть телефон Наты? – спросил журналист.

– Еще чего! У Надь Палны спросите.

Мы попрощались с Варей и ее мамой, в молчании спустились вниз и остановились возле машины.

– У меня как лучшая подруга Тани вот эта Варя записана, – вздохнул журналист. – И еще одна девочка, Маня Крутикова. Но похоже, их классная просто не интересуется, с кем на самом деле девочки дружат.

– А давайте с самой классной и побеседуем? – предложила я. – Беспокоить Нату в любом случае сейчас не стоит, так зачем время терять?

– А что она нам скажет, если не знает даже, с кем дружила Таня? – возразил Георгий. – Нет, давай сейчас к светилу махнем. Там видно будет.

По указанному адресу доехали быстро. Частный доктор жил в многоэтажке из красного кирпича, с домофоном и видеокамерами на входе. Внутрь мы прорвались с большим трудом – Георгий долго уговаривал консьержа нас пропустить, показывал в видеоглазок свое удостоверение, обещал взять интервью и дать большой портрет домового охранника в своей газете. В результате мы прорвались, поднялись на огромном лифте с зеркальными стенами на пятый этаж и застыли в восхищении при виде круглого холла, покрытого дорогим синим ковром с высоким ворсом, раскидистых пальм в квадратных кадках и широких черных кожаных кресел возле стен.

В этом великолепии как-то терялись из виду четыре скромные двери в квартиры. Походив немного среди пальм, журналист позвонил в одну из них. Через некоторое время мелодичный голос из-за двери спросил, что ему угодно.

– Я из газеты «Городские новости». – Георгий приложил к глазу на двери свою ксиву. – Хочу побеседовать с господином Черемисиным.

За дверью замолчали. Я уж думала, что нам придется идти восвояси, но тут дверь распахнулась, и на пороге встал высокий господин в черном костюме-двойке, с небольшой остроугольной бородкой. Выражение лица его отнюдь не излучало радушие, но и особого раздражения я не заметила.

– Что за срочный вопрос? – равнодушно спросил он. – Ко мне вообще-то заранее записываться нужно.

– Ну, на вашем месте с прессой я был бы поприветливее, – парировал журналист. – Вы ж понимаете, высокопоставленные клиенты не хотели бы, чтоб ваша фамилия фигурировала в моем разделе криминала.

– Вы мне угрожаете? – высоко поднял густые черные брови врач. – Вадиму Валерьевичу ваши угрозы вряд ли понравятся.

– Боюсь, в тюрьме ему будет глубоко фиолетово, угрожал я вам или нет, – пожал плечами Георгий. Доктор переменился в лице: